Американец пожал плечами.
— На вашем месте я бы искал доказательство того, что операция «Тайфун -2» реальна. Ну, или наоборот — что она выдумка Штирнера, свихнувшегося под конец войны. Да, и я рассчитываю, что обо все самом важном вы мне расскажете. Услуга за услугу. Идет?
Громов усмехнулся.
— В вас чувствуется дух предпринимательства, Джек.
— Да-да, я родился и вырос в Америке, капиталистическая предприимчивость и все такое. Так каков ваш ответ?
— Расскажу. Но не в оплату услуги, а потому, что мы все еще делаем общее дело. Согласны?
Стоун замялся.
— Знаете, это все разговоры. Я заеду за вами не позже шести.
С этим словами он выжал газ. «Виллис», быстро набрав скорость, скрылся за поворотом.
Громов и Саша поднялись в стене замка и прошли через ворота. Внутренний двор был пуст и неприветлив. Нацистский флаг, валявшийся еще вчера возле крыльца, уже убрали.
Он вошли в дом, как велел Стоун. На звук шагов вышла хозяйка. Громов вежливо с ней поздоровался по-немецки и протянул записку Стоуна, сопроводив это действие вежливой просьбой о помощи. Лицо пожилой женщины не выражало ничего. Осведомившись, прочитала ли она, Громов попросил вернуть записку — как и хотел американец.
Хозяйка, пригласив гостей следовать за ней, провела их в зал торжеств и оставила там, сказав, что ее можно будет найти на кухне. Саша, никогда раньше не бывавший в замках Германии, с любопытством осматривался.
— Устроились они с размахом, — сказал Громов.
— Интересно, почему именно здесь? — спросил Саша, перебирая бумаги на столе возле окна. — Неужели посовременней помещения не нашлось? Замок на горе, если что-то нужно в городе, приходится таскаться вверх-вниз…
Громов усмехнулся.
— Традиция, Саша. Общество немецких древностей с самого основания тяготело к мистике, от сюда и привязанность к замкам. Говорят, сам фюрер любил это место.
— Правда? Он бывал здесь?
— Вполне возможно. По слухам, в марте тридцать восьмого он провел здесь секретное совещание астрологов. Они должны были предсказать будущее Третьего рейха.
— И как, удалось? — с иронией спросил Саша.
— Говорят, ничего конкретного астрологи не сказали, что может быть косвенным свидетельством их проницательности.
— И трусости, — добавил Саша, — боялись расстроить начальника.
— Верно, — согласился Громов, — но это им не помогло. Гитлер был настолько разочарован, что всех участников совещания отправили в концлагеря.
— Грустная история.
— Согласен. И, если такое совещание действительно было, то, скорее всего, именно здесь, в зале торжеств.
— Александр Николаевич, все-таки: что де мы здесь ищем? — спросил Саша, просматривая бумаги, в беспорядке лежавшие на столах.
— То, что поможет нам создать коридор, — ответил профессор. — И надо проверить, действительно ли немцы собираются провести операцию под Москвой, ударив из параллельного мира. Если это так, то Ставка должна знать. Но, сам понимаешь, такая информация нуждается в серьезных подтверждениях, иначе нас даже слушать не станут. Все, Саша, хватит разговоров, давай работать.
— Есть, — по-военному ответил тот.
Всего в зале торжеств стояли восемь больших одинаковых письменных столов, увенчанных высокими навершиями со множеством полок и ящиков. Чем немцы могли здесь заниматься, думал Саша. Бумаги, лежавшие на столе, поначалу не вызывали особого интереса: отрывочные сообщения о работе немецкой архивной комиссии в Прибалтике, экспедициях общества немецких древностей на Ближний Восток и Тибет. Попадались письма из канцелярии замка Вевельсбург, где Гиммлер устроил центр новой национал-социалистической религии. Речь шла об организации в Ва́ртбурге курсов для офицеров СС по изучению эпоса «Эдда» и чтению древних рун. Саша мысленно усмехнулся — подумать только, сколько народу занималось этой ерундой, когда фронт уже трещал по швам! Неужели они не понимали, что вся эта чушь не стоит и выеденного яйца? Наверное, нет. Ну и слава богу, подумал Саша.
Бросив бумаги там, где подобрал, Саша еще раз внимательно оглядел все столы. На одном из них, в нише справа, он заметил то, что обещало надежду — арифмометр: значит, здесь проводили расчеты. Саша достал его, чувствуя в руках приятную тяжесть. Рычажки для ввода чисел блестели — видимо, арифмометром активно пользовались. Саша крутанул ручку — она шла легко. Громов обернулся на звук и подошел.
— Фирма «Brunsviga», — сказал он, указав на табличку, — хороший прибор. Умеешь пользоваться?