Ближе к центру целых домов почти не осталось. Дороги уже очистили от мусора, по тротуарам шли редкие прохожие, некоторые вели велосипеды или ехали на них — общественный транспорт в городе еще не работал. Отчетливо слышался запах штукатурной пыли, покрывавшей все вокруг, отчего все здания казались на одно лицо. Проехали полевую кухню, от которой вилась длинная очередь, загибавшаяся за угол. На перекрестках военные регулировщики, ловко орудуя флажками, управляли движением.
Проехав по Шайдеманштрассе, свернули к рейхстагу. Над поврежденным куполом понимался красный флаг, еще несколько флагов, поменьше, виднелись из окон на разных этажах. Красный цвет резко контрастировал с темной мрачной фактурой полуразрушенного здания.
Рейхстаг и прилегающая к нему территория были обнесены забором, а возле КПП стоял совместный советско-американский патруль. Громов вдруг понял, почему американцы рассказали о планируемой операции — как бы иначе они смогли получить доступ в здание, находящееся под контролем советских войск?
Проехав КПП, машина остановилась. Громова встретил офицер американских ВВС, взял у него чемодан и повел к одноэтажному деревянному строению, протянувшемуся вдоль ограды и напоминавшему советские бараки, только более светлые и просторные. Офицер отпер дверь с номером «11», отдал Громову ключ и сообщил, что скоро за ним придут.
Оставшись один, Громов осмотрелся. Его комната была такой же, как и в Тюрингии, где они пытались разобраться в физике коридора между мирами. Профессор сделал вывод, что строительство временного жилья у американцев стандартизовано и поставлено на поток. Он едва успел разложить вещи, как снаружи послышались приближающиеся шаги, дверь открылась и на пороге появился улыбающийся Стоун.
— Дорогой профессор, приветствую вас в сердце поверженного доблестными советскими войсками Берлина! — несколько напыщенно заявил американец.
— Джек, рад вас видеть, — ответил Громов, пожимая ему руку, — надеюсь, поработаем вместе.
— Даже не сомневайтесь, — заверил Стоун, — как устроились?
Профессор обвел рукой комнату и улыбнулся:
— Все это мне уже знакомо.
— Вот и прекрасно! Давайте я введу вас в курс дела. Я, кстати, живу совсем рядом, в комнате номер «13».
Громов усмехнулся.
— Несчастливое число?
— Да! Никто не хотел в нее заселяться, пришлось взять самому… Бремя руководителя.
Бараки выстроили напротив главного входа в рейхстаг, метрах в пятидесяти от него, так что далеко идти не пришлось. Громов был здесь впервые после окончания войны. Массивные стены здания, испещренные следами пуль и осколков, производили мрачное впечатление. Но гораздо сильнее профессора поразили надписи, оставленные красноармейцами — казалось, здесь представлена вся страна: имена, фамилии, названия боевых частей, города, из которых начинался тяжелый путь до Берлина. Живая история смотрела на них прямо со стен.
— Впечатляет, да? — сказал Стоун, — думаю, мы все это сохраним при ремонте. — Но купол, боюсь, в аварийном состоянии, придется его разобрать.
Внутри было множество рабочих — выносили мусор, тянули электрические кабели от генераторов, тарахтевших снаружи, из многочисленных комнат доносился стук молотков и визг пил.
— Работа у вас кипит, — заметил Громов.
— Времени мало, — откликнулся Стоун, — мы не можем терять ни одного часа.
Через пока еще темный коридор, на потолке которого уже монтировали освещение, они прошли к залу заседаний. Запах гари полностью еще не выветрился, но сгоревшее в боях убранство зала и рухнувшие обломки конструкций уже убрали. По проекту огромное помещение освещалось дневным светом через почти прозрачный купол. Сейчас под куполом, частично обрушившимся, стало еще светлее. «Во всем есть свои плюсы и минусы», — заметил Стоун по этому поводу.
— А вот и она, полюбуйтесь. — Стоун показал на установку, собранную возле массивных колонн на том месте, где раньше заседал президиум.
Подойдя ближе, профессор почувствовал себя в своей стихии. Компоненты установки были ему знакомы еще по работе в Тюрингии: трансформаторы, соленоиды, линейный ускоритель, источники высоковольтного напряжения. За пультом управления сидели двое инженеров.
— Внимание, обратный отсчет, — объявил один из них.
— Установка уже работает? — спросил Громов.
Тот усмехнулся.
— В этом есть определенная сложность, как легко догадаться. Если мы пробьем коридор прямо здесь, то, боюсь, в параллельном мире это заметят. Так что здесь мы просто проверяем работу всех систем.