К счастью, обильно протезированный мужчина и женщина прошли мимо. Мужчина будто специально не смотрел в нашу сторону. Похоже понимал, как к таким личностям относятся копы. Своего рода дискриминация.
Пройдя ещё несколько квартир, мы остановились. Дверь по сути ничем не отличалась от других, кроме как номером. Сейчас часто ставят панель управления, чтобы дом можно было открыть с сенсорного экрана даже отпечатком пальца или можно было по камерам посмотреть, кто стоит за дверью. Тут же таковой системы управления не было, что неудивительно, ибо данный жилой комплекс не славится престижностью.
Я и мой напарник встали по разные стороны от двери и, кивнули друг другу, подтверждая готовность. Я положил ладонь на свой пистолет. Он достаточно массивен, по сравнению с пистолетами прошлого, но всё ещё хорошо сидит в руке. 10-миллиметровые пули изготовлены из новейших композитных материалов так, что снаряд буквально саморазрушается в теле человека, не давая пули уйти сквозь него и зацепить ещё кого-то. Конкретно у меня, как и у многих других офицеров, пули адаптивные. Специальные пули, которые могут на ходу изменить свою форму с феноменальной скоростью. Они не меняются при контакте с твёрдой поверхностью, сохраняя пробивную силу, но при взаимодействии с мягкими тканями они расширяются, для увеличения останавливающего действия. И что может быть не подвластно науке?
Мой напарник тоже положил руку на кобуру с пистолетом, а после постучал в дверь.
Мы оба прислушались. Тишина. Слышно лишь очередной выпуск "Политической перестановки" с Леей Дженски, доносившийся из телевизора в одной из квартир по соседству. Глупая передача даже о самых незначительных распрях между политиками и другими важными личностями. Стоит почесать нос на собрании, как ты уже оскорбил нацию. Да, программа, рассчитанная на пенсионеров или пытающихся "разобраться" в политике подростков. Кажется, в этом выпуске вёлся разговор о сокрытии Новой Японией преступников из других стран.
Мой напарник постучал ещё раз и крикнул.
— Откройте! Это полиция! У нас приказ суда об аресте!
Эту процедуру в академии называли "Постучать и объявить".
Снова ничего. Мы вслушивались и долбили по двери около пяти минут. Поняв, что нам всё-таки не откроют, было принято решение выломать преграду. В таких местах ничего не славилось прочностью, двери — не исключение.
По замку, который должен считывать карточки хозяев дома, мы провели своей картой. Особой полицейской картой. Она отключала все электронные замки в квартире, оставляя лишь механическую защиту. Начальство очень боится, что такие карты выйдут в народ, потому изначально они заблокированы. Использовать её можно, если тебе откроют доступ с компьютера в участке, но мы запросили его ещё на подъезде к дому. Несколько сильных ударов с ноги и попытка побороться с дверью в сумо дали положительный результат, от части благодаря вставкам на нашем снаряжении. Преграда устранена.
Перед нами открылся коридор квартиры. Будто бы заброшенной квартиры. Жуткая темнота, везде разбросан мусор, провода, какие-то детали. Пыль приветственно летала рядом с нами.
Мы достали пистолеты и включили фонарики, освещая путь.
— Повторяю! Это полиция! Всем жильцам немедленно выйти, так как мы заходим внутрь! У нас приказ об аресте Юджина Бина!
Никто не ответил, что стало сигналом к движению. Помню, в академии мы тренировались в тренажёрах виртуальной реальности с полным погружением. На курсе тактической подготовки, чаще всего мы виртуально умирали именно в симуляциях таких мест. Следовало взять с собой служебный дрон.
Квартирка сама по себе была достаточно мелкой. Небольшая ванная комната и спальня, совмещённая с кухней.
Можно подумать, что никого нет дома, но вот мы знали об обратном. 40 минут назад мы запрашивали записи с камер жилого комплекса, на которых было видно, как Юджин зашёл в квартиру и заперся. С собой он нёс какой-то мешок или сумку, но содержимое установить не удалось.
Мы быстро добрались до спальни и, бегло осмотревшись, никого не обнаружили. Значит два варианта: искомый нами человек либо сидит в ванной, либо каким-то чудом выбрался из квартиры не привычным способом.
Дверь в ванную мы открывали с особой осторожностью. Мало ли гад сидит в душе с дробовиком. Но нет.
Юджин Бин действительно был в ванной, но без дробовика. Когда мы зашли в маленькую комнатку он лежал в куче льда. К телу его тянулись многочисленные провода, датчики. Больше всего к голове. Тянулись они к скоплению из нескольких ноутбуков, стоявших на чём-то вроде серверной стойки. Вся эта конструкция до сих пор работала. Ноутбуки и сервер гудели.