Косметика от «Artface» подходит и живым, и мертвым. Компания объявляет кастинг трупов для концептуального модельного показа. Если ваши родственники или друзья достаточно симпатичные, отправляйте заявку и участвуйте в лучшем модельном показе! Если вы сами скоро умрете или собираетесь обратиться в суицидальное агентство, заключите с нами контракт – мы обеспечим вашей семье безбедную жизнь!
Молодые розовощекие девушки в белых халатах хлопочут у секционного стола. На ложе из белых лилий, на серебряном подносе, покоится лысая голова. Металлический блеск нанесен на губы и веки, в глазах ярко-синие линзы. Тела нет.
Появляется финальный слоган: «Красиво умирать не запретишь».
В маленькой темной комнате сидит З. На нем черный смокинг, белоснежная рубашка. На голове – черный котелок, к донышку которого прикреплена белая гипсовая рука в кружевной перчатке.
В руках у него табличка: «Соблазни меня, и победишь в конкурсе».
Кадр меняется. В быстрой перемотке мелькают картинки: участников ведут к стилистам, Соулу бреют ноги, он рассуждает о свободе выбора, Импер и Фатус позируют для карлика-фотографа, Витус блаженно подставляет лицо косметологу и поправляет огурцы на веках, Кукумерису очищают зубы от творожного налета.
На экране снова появляется З. Он небрежно откинулся на спинку стула и скучающе смотрит по сторонам. Первым в комнату заходит Кукумерис. Он неуверенно стучит своими каблучками, отодвигает стул, чтоб присесть, запутывается в собственных ногах и, едва удержавшись от падения, садится напротив З.
– Соблашни меня, – читает Кукумерис вслух. – «Футка, што ли?» – думает участник.
– Здрасте, – кивает он, – шляпа у вас – что надо…
З. не реагирует около минуты, за которую Кукумериса успевает кинуть в жар, потом в холод, потом снова в жар. Он все никак не может решить: З. его не расслышал или он ляпнул что-то не то? Наконец З. лениво протягивает: – Добрый день.
Громко тикают часы. Кукумерис облизывает сухие губы, в абсолютной давящей тишине глотает слюну. Очень громко тикают часы. Наконец догадывается заглянуть под стол. Там приклеено 12 пар часов. Кукумерис выглядывает из-под стола и озадаченно смотрит на З.
– Там, – З. резко вскакивает и выбрасывает руки вперед, – бомба!
Кукумерис бьется головой об стол. З. смеется.
– Шутка, расслабься. Когда часы остановятся – твое время вышло.
– А ты сам как? Хочешь, шоб я тебя шоблашнил? Я… – у Кукумериса задрожал подбородок. – Я – хороший человек, и я хочу лечиться. Как мне…
З. покачал головой.
– Время вышло, милая.
Следующим вошел Соул, на нем было короткое черное платье и военные ботинки. Соул скептически посмотрел на табличку, которую держал З., усмехнулся, вырвал ее из его рук, забрал себе. З. улыбнулся.
– Гляжу, ты за традиционное распределение ролей.
Соул продолжал пялиться. Не отводил взгляд. Не моргал. З. застыл. Выпрямился. Съежился. Встал. Сел.
Вошел Импер.
– Прошу прощения, мне сказали, что мой черед.
Соул послал З. воздушный поцелуй и вышел.
– Соблазнить такого очаровательного мужчину будет радостью для меня, – манерно произнес Импер, – признаюсь, я даже не знаю, как действовать в такой ситуации, вы вгоняете меня в краску…
– А вы соблазняли мужчин раньше? – спрашивает З., снова почувствовав привычную почву под ногами.
– Ах, не раз, – хохочет Импер, – поверь, такая опытная женщина, как я, – находка для тебя, а главное – не сбегу к молодчику!
– То есть вы намекаете, что я недостаточно хорош, чтоб вас устроить? Не успели познакомиться, а вы уже налево бежите?
– Вы все перекручиваете, – запротестовал Импер, но двенадцать часовых механизмов были безжалостны.
Фатус заявил, что никого соблазнять не станет, потому что он нигилистка, а кроме того З. – не из тех мужчин, что могут его привлечь.
Вита был последним.
– Ваша шляпка, – с порога заметил он, – где… вы ее купили?
– О, – горько улыбнулся З., – это подарок от важного для меня человека, в прошлом…
– Кажется, я догадываюсь, о ком идет речь. Эта шляпка восхитительна… Вы больше не общаетесь? – осторожно спросил Вита.
– Он настоящий гений, но он не принимает меня. Совсем.
Вита сел на стул и начал смотреть на свои пальцы.
– Такая ирония… я должен быть соблазненным, но я совсем не верю в то, что это возможно. Теперь.
Вита глубоко вздохнул.
– Понимаю. А я должен соблазнять.
З. засмеялся:
– У вас очень красивые волосы. Я давно за вами наблюдаю. Знаю, что вы биолог. Я тоже, но меня уволили в прошлом году, и вот я здесь. Простите, разоткровенничался на камеру. До сих пор иногда забываю об этом круглосуточном надзоре. Большой Брат какой-то.