Девушка захихикала себе под нос, но тут же поймала себя на «если бы», «как бы» и «вот было бы здорово». Она на мгновение закрыла глаза, потом сразу открыла их и принялась вглядываться в стену кухни, которая была бледного болотного цвета. По мнению Алисы, это был самый удручающий цвет. Тот, кто её так выкрасил, должно быть… Опять «если бы», «как бы» и «вот было бы здорово».
— Хватит! — приказала она себе снова.
Алиса сразу подошла к зеркалу у раковины-рукомойника, в которой давно валялись одна немытая тарелка, вилка и нож, чтобы приглядеться к себе. Выглядела она не намного хуже, чем всегда, и не намного лучше, чем обычно. Решила, что можно чесануть расчёской по волосам — и пойдёт.
Ещё она твердо вознамерилась почистить зубы, так как во рту уже с утра был не самый приятный привкус. Алиса взяла щётку и принялась за чистку.
Хоть она временами и забывала ухаживать за собой, зубы у неё не были жёлтыми. Напротив — как ни странно, сохраняли вполне здоровый для Лондона бледно-белый цвет. Кожа лица и всего тела была упругой и чистой, уже без характерных для юности прыщей. Волосы практически никогда не атаковала перхоть. Девушка не использовала макияж и этим разительно положительно отличалась от прочих дам её и не только её возраста. Она была натурально красива. Даже, как говаривали у неё за спиной, слишком хорошенькой для всех своих странностей.
«Бабушка говорит, что такие вещи зависят от породы человека и его семьи. Хотя бабушка чего только не говорит», — подумала Алиса.
Закончив чистку, она подумала о том, завтракать ей или нет.
«Было бы неплохо приготовить себе омлет с сыром! Но тогда зачем я только что почистила зубы?! Только ведь и продукты пропадают, если уже не пропали. Нужно есть, пока есть что есть. Есть или не есть и что именно?..» — не могла она в который раз сделать, казалось бы, простейший выбор.
Тут её рассуждения самым неприличным образом прервала муха. Она нагло ползла по ноге девушки всё выше и выше, к подолу юбки, а потом и под ней.
Алиса вздрогнула оттого, что мелкие мушиные лапки начали щекотать ей нежную кожу на ноге… и вздрогнула ещё раз от внезапного звука!..
Это был звон стекла в соседней комнате. Она замерла на секунду, а потом ринулась посмотреть, что произошло.
На полу лежал кирпич из красной глины, который кто-то бросил в окно, а к нему было что-то примотано. Алиса подняла кирпич и перевернула его так, чтобы разглядеть то, из-за чего посчитали таким необходимым не только разбить её окно, но и сообщить ей что-то с помощью привязанного куска бумаги.
Она испытала ощущение пьянящей злобы от того, что увидела там. На листке была нарисована Алиса в смирительной рубашке, с кляпом во рту, без юбки и в полусогнутой позе. Сзади неё был мужчина с бородкой, а надписи неровным почерком на дурацком клочке бумаги как будто не хватало: «Психованная шлюшка!»
2. Жизнь прекрасна
— Что за ЧЁРТ?!
Как кто-то мог представлять её себе в подобном свете? Она никогда не давала повода подумать, будто бы у неё «широкие взгляды на ЭТО». Насколько знала девушка, все её сверстники из интерната когда-то занимались «этим». И, судя по их рассказам, ничего хорошего в этом нет: девочкам при «этом» и после «этого» больно, а мальчики ведут себя как-то слишком странно — как будто девочка уже не принадлежит себе, а только ему. Узурпатору, который ещё и пороха в жизни не нюхал! Думает, что он — царь вселенной, раз смог это сделать в первый раз и не расплакаться.
«А вдруг я кого-то чем-то задела? Не сделала то, что обещала, или сделала то, чего обещала не делать? Надо разобраться. Бабушка за это приказала бы дворецкому оттаскать за уши первого встречного мальчишку. И плевать — виновен он или нет! Но я ведь не бабушка, к счастью. И кто мог это сделать?»
Алиса улеглась на постель и принялась в подробностях вспоминать весь вчерашний день.
Она встала где-то между семью тридцатью и восемью тридцатью утра. Потом сходила в туалет. После вышла из туалета, взяла на кухне свежий длинный огурец сорта «апрельский» и снова пошла в туалет...
«В туалете окон нет. Никто не видел, чем я там занималась. Причина в чём-то другом. Так. После того как я вышла из туалета во второй раз, я помыла руки, выбросила огурец и собиралась немного прибраться в комнате. Начала пристраивать одну книгу, но на ней я и закончила уборку. Зачиталась среди гор бесполезных записей и пыли на столе».
Алиса глубоко погрузилась в воспоминания: «Главными чертами этого типа характера в юном возрасте являются нерешительность и склонность к излишним рассуждениям, тревожная мнительность и любовь к самоанализу и, наконец, легкость возникновения навязчивых страхов, опасений, действий, ритуалов, мыслей, представлений. Страхи и опасения целиком адресуются к возможному, хотя и маловероятному неприятному событию в будущем».