— Ты царствуешь только в пределах своего гриба, иначе как бы ты смогла удержать власть?!
— Как смеешь…
— Если ты слезешь с него, что маловероятно, ты и ползти не сможешь. Только языком чесать будешь в силах, пока недовольные люди тебе его не отрежут.
Алиса хотела лишь спустить собеседницу с небес на землю, а не оскорбить её в достаточно грубой форме. Девушка и сама удивилась, как придумала и сказала это. Обычно она хорошо думает над тем, что говорит, потому что знает: люди не любят слушать правду о себе. А когда ты извиняешься и берёшь свои слова назад, они злятся ещё пуще прежнего. Самое интересное в таких ситуациях заключается в том, что, когда кто-то поступает по отношению к Алисе не слишком хорошо, а потом лениво просит прощения, она не должна злиться на обидчика! Где тогда справедливость?! Наверное, слова Чеширского Кота о том, что Королева захватила часть её сознания, отчасти правдивы.
— Ты и понятия не имеешь, на что мы способны! — отчеканила Гусеница, вдохнула, как показалось Алисе, весь дым из кальяна и выдохнула прямо в лицо девушки.
У неё сразу подкосились ноги, помутнело в глазах, как будто она вот-вот упадёт в обморок.
Дальше всё было как в тумане, без какой-либо мысли. Только ощущения.
Девушка словно была в чужом теле, наблюдала за всем от первого лица, но ничего не могла контролировать.
Алиса видела, что после того, как кальянная пелена рассеялась, она отступила на секунду назад от гриба, захваченного самопровозглашённой императрицей. Потом, немного погодя, она нагнулась, нашла на земле большой круглый камень, взяла его в руки, подбежала к Гусенице, запрыгнула сначала на гриб, а потом на отравительницу и запихнула этот камень ей прямо в рот, придерживая его правой рукой. Затем девушка левой рукой выхватила трубку из маленькой лапки Гусеницы и вставила пыхтящую табакерку в одну ноздрю, а другую зажала большим пальцем. Новоявленная королева так и дышала через свой любимый кальян две-три минуты, а потом «снизошла» до просьбы, и когда Алиса увидела, что с ней хотят поделиться чем-то, вытащив камень, дала возможность высказаться после пытки.
— Иди… туда, откуда… бегут… облака…
Девушка посмотрела в небо и поняла, что ориентир вполне подходящий — лучше не было ничего.
Она вытащила трубку из ноздри Гусеницы, спрыгнула с неё на землю и автоматически, ещё не придя в обычное, ясное сознание, отправилась в путь к замку.
Глава 8. Помни о С. Дж.
Алиса продолжала рыскать по лесу, не вполне осознавая, что она сейчас делает. Девушка находилась в неведомом ей забытьи.
«Должно быть, именно это состояние говорит алкоголику: хватит пить, пора идти (на деле — ползти) домой (но так и не приползти)».
Странно, что она ещё может думать и рассуждать. Сознание возвращалось к ней короткими вспышками. Только что перед девушкой были огромные серые деревья без листьев, а в следующую секунду она видит, что находится на пустынной поляне. Страшноватое состояние. А что, если через три таких вспышки ты почувствуешь лёгкость падения с обрыва или бодрящие воды реки прямо в носу? Она как бы начала возвращаться в своё тело, но возвращалось сперва сознание, которое могло только бояться того, что старый партнёр — разум — не пойми куда пропал.
Какими-то внутренними рефлексами тело заставляло себя не падать и идти дальше, совершенно всё равно куда и как. Но ей постоянно казалось, что она вот-вот непонятно почему свалится на землю и зачем-то начнёт её есть.
А ведь Алиса уже давно не ела и не пила. Странно ощущать голод в воображаемом мире. Казалось бы, вообрази себе жареного гуся — и вот пожалуйста. Но в этом месте, если ты пожелаешь этого гуся, он может встрепенуться и съесть своего «создателя». Лучше было бы держаться подальше от желаний. Но как? Кто мы без своей мечты? Без цели? Если у человека нет желаний, то он ничего не делает, не хочет даже думать о том, что он ничем не занят. Ничто не гложет его голову ранним утром, не заставляет убиваться в досаде из-за того, что цель не достигнута, мечта разрушена, жизнь бесполезна… А может, это отчасти и хорошо. Тебе не о чем беспокоиться, но ты ни о чём не беспокоишься, не жалеешь, не злишься и не впадаешь в отчаяние. Ты забываешь жизнь, и она тебя тоже. Всегда ли это так плохо?
Мало-помалу к Алисе начал возвращаться разум. И только тогда она поняла, что подвергла суровой пытке Гусеницу. Хоть она и привычна к этому дыму, но сколько его вошло в это рыхлое тело! А ещё и этот дурман, что напустила на неё «королева». Девушка в подобном состоянии могла снова убить. И этого она бы себе не простила. Это только говорят, что ты не виноват, так получилось, он это заслужил. Но разум всё равно донимает чувство вины. А если ты сделал это в полусознательном состоянии — всё ещё хуже. Ты чувствуешь вину не только за то, что сделал, но и за то, почему ты это совершил в беспамятстве. Ты же мог контролировать себя, должен был! Или держаться подальше от того, что утопило тебя в тёмном омуте бесконтрольной свободы. Что интересно, Гусеница ответила, казалось бы, на простой вопрос только после пытки. Неужели обязательно было доводить до этого?! Почему все отказываются просто помочь тебе? Всегда юлят или требуют взамен что-то совершенно несоразмерное.