Она сорвалась с трона и снова побежала к своим трупам в «уголке злости». Королева принялась бросаться в Алису отрубленными при предыдущих пытках ногами и руками. Разворачиваясь, она ногой сдвинула на бок труп Белой Королевы, беря рядом лежащую отрубленную голову… И тут Алисе на глаза попался спрятанный кинжал, который был сзади, на поясе у убитой. Его было жизненно необходимо заполучить, но как? Приближаться к Королеве Червей при её нраве было опасно. Нужно заставить её поменять позицию — например, броситься в атаку, потом увернуться, быстро подбежать к телу и забрать кинжал.
Тут в голову Алисы прилетела голова Белой Королевы. Боль потупила все чувства и отдавалась звонким гудением во всём теле. Королева Червей будто бы немного успокоилась:
— Я не могла дать тебе уйти, не могла! Я ПРОСТО НЕ МОГЛА! И мне пришлось организовывать длительные поиски, вести сраные кровавые войны… Знаешь, каково это — видеть, как часть твоей страны, часть тебя теряет голову в бою или медленно умирает в госпитале?! Что я чувствовала, приговаривая своих же людей, сподвижников, тех, кто воевал за меня?!
Представь, что ты теряешь свою чёртову семью снова, и снова, и снова, сотни и сотни, тысячи раз! Но при этом вся вина лежит на тебе! Это невообразимо! Ты словно сама умираешь и возрождаешься лишь затем, чтобы умереть снова и возродиться бесчисленное количество раз. И самое плохое — ты всё это осознаёшь!
И когда ты уже отчаялась, решила отойти от цели, тебе приносят донесение вроде: «Приговорённые признали свою вину», «Неверные повержены» или «У нас есть новые данные о том, где можно найти эту девку». Тебя возрождают к жизни твои же подданные, и теперь ты не можешь им сказать: «Прекратить поиски — они не дают никаких результатов», потому что результаты есть. А кто, спрашивается, откажется от цели, к которой, по крайней мере со стороны, подбирается?! Сказать «стоп» на полпути, когда уже столько сделано и потеряно… Это была вынужденная плата за цель! За тебя! Чтобы монарха слушались, его взгляды и цели должны быть постоянными. Иное поведение будет отдавать слабостью.
А после того как все неверные были казнены и новой информации о них не поступало, пришлось заняться своими. — Королева перешла на более холодный тон, с которым люди рассказывают о войнах и предательствах прошлого, которых сами не видели. — Я просто не могла допустить столько жертв и не достигнуть цели — иначе меня бы действительно линчевали как бесполезного, вредного для страны монарха. Мне пришлось выдумывать заговоры, но не просто обвинять в них, а самостоятельно фабриковать. Это был один затяжной мозговой штурм в течение нескольких лет, без перерыва, отдыха, сна…
Я сформировала карательное отделение. Они по моему указу вырезали целые поселения, жители которых были заподозрены в антигосударственной деятельности.
Вскоре мне пришлось перейти на чиновников и приближённых ко двору. Одному моя тайная полиция подсунула клочок ткани точь-в-точь как от твоего платья — ему отрубили голову за противозаконный фетишизм. Другому они подсунули бумаги, подтверждающие членство в тайной антигосударственной группировке, — и всех, кто был указан в этих записях, сварили в масле одного за другим.
Я боялась, что всё это будет раскрыто, перестала выходить из апартаментов, оставляя подле себя только самых верных и сильных стражей. Заговоры плелись, улики подсовывались…
Но потом, — а теперь в её голосе чувствовалось неподдельное сожаление, — и они все перевелись. И… я подвела под казнь свои специальные отряды — их казнили мои гвардейцы. А уже их я отправила на поиски этих двух сбежавших маньяков — Тру-ляля и Тра-ляля. Тех, кто вернулся, пришлось казнить мне и Валету… И… в конце… кроме меня и него , больше никого не осталось… Не было восторженных возгласов толпы, не было победоносных сражений, пытки без искры жизни в глазах жертвы уже ничего приятного не давали… Абсолютное послушание правителю было достигнуто. Какой ценой…
— А Валета ты оставила себе как последний оплот твоего государства. Типа, обеспечила себя надеждой, в виде последнего подданного, на то, что страна ещё может возродиться! Да ты просто смешна!
— Что?.. — Королева нервно задышала.
— Ты слишком слаба, чтобы уберечь нацию, но достаточно сильна, чтобы подвести её под топор. До боли иронично! Может, всё-таки сжалишься над собой и позволишь мне тебя кокнуть?
— После всего, что я сделала… я казнила всю свою страну, чтобы найти тебя, а ты обнаглела до того, что просто так ко мне заявляешься и ещё хочешь убить меня?!
— Неужели ты видишь другой выход? Убей меня… и тебе придётся убить и себя следом — за собственной ненадобностью. А если я тебя убью — ты умрёшь в процессе достижения твоей задачи. Тогда и все эти смерти не будут напрасны…