- Со мной ей было намного проще. Даже никогда не притворялась, что ненавидит меня и всячески это демонстрировала. – что ж, откровение за откровенность. Всё-таки чем-то, но пришлось ответить Полин на её попытку создания их обоюдного круга доверия. – Максимум, что ей могли сделать за это – прочитать небольшую нотацию о поведении и сказать, что она была не права. Хотя некоторые вещи, которые она тогда вытворяла, даже сейчас вызывают у меня непроизвольное содрогание. Помню, как-то на каком-то уроке, наш общий репетитор задал вопрос по изучаемому предмету, и Софи не смогла ответить на него правильно. Очередь перешла на меня. Мало того, что я дала верный ответ, так меня ещё за него и похвалили. Наверное, последнее и стало той каплей, которая переполнила плоскую чашу терпения Софии и её буквально сорвало с места. Она выхватила из рук репититора линейку и ударила ею меня по лицу. Вот так вот… Ни с того, ни с сего. Просто выплеснула свою злобу, потому что ей никто и никогда не запрещал этого не делать и в особенности со мной. А главное, без каких-либо при этом слёз и страдальческих истерик. Со мной ей не нужно было притворяться или же подстраиваться под обстоятельства.
- Боже… - выдохнула Полли, видимо, только сейчас сумев что-то произнести после услышанного и представленного ею в бурном воображении. – Определённо ты победила. Боюсь даже вообразить, сколько тебе пришлось пережить и вытерпеть. София никогда не была подарком, пусть за последние годы и поубавила немного пылу, став более сдержанной и в поведении, и в публичных высказываниях. Правда, я считаю, что это связано с защитной осторожностью, ведь взрослому человеку уже не станут прощать того, что было дозволено в детстве. Приходится заново приспосабливаться к окружению и искать иные способы по достижению желаемого, более изощрённые и утончённые, что ли. А вообще, было бы неплохо создать свой клуб под названием «Пострадавшие жертвы стихийного бедствия по имени София Клеменс». Думаю, таких, как мы, найдётся не мало и далеко не в единичном счёте.
- Тогда для него пришлось бы арендовать какой-нибудь ипподром, иначе все в одном доме не поместятся.
Пол оценила шутку Эвелин заливистым смехом и даже слегка сбившись с ритма размеренного шага.
- Ты права, с клубом я явно погорячилась, хотя наблюдать, как эта вертихвостка остаётся безнаказанной после каждой из своих выходок, довольно нервное занятие. А с моим-то чрезмерным чувством справедливости – это хуже физической пытки.
- Может всё не так, как кажется на первый взгляд. Может и ей возвращается с троицей за всё содеянное, просто мы не знаем всего и не видим этого со своих привычных для нас мест. – возможно Эвелин и не рискнула высказаться о подобном предположении вслух, если бы в тот момент перед глазами не всплыло довольно-таки чёткой картинкой произошедшее вчерашним вечером в конюшне заброшенной усадьбы Лейнхолла. Оказывается, в этом мире всё-таки существовал кто-то, кто был способен довести Софию Клеменс до искренних слёз, напугать до смерти и даже сделать больно.
- Бога ради, Лин, не будь такой наивной. Таким, как она, всё сходит с рук, как с гуся вода. И плачет она только в том случае, если что-то идёт не по её хотению и заполучить желаемое возможно лишь через истерики да слёзы.
В этот раз Эва решила просто промолчать, ответив мягкой улыбкой и кое-как удержавшись от очередного соблазна обернуться назад. Последнее чувство не отпускало с мышц и нервов своей цепкой хватки на протяжении всего их пути к выходу с рыночной площади. Её то и дело порывало глянуть через плечо и в который уже раз поискать глазами главного виновника её непроходящего волнения – то ли проверить, что его больше там нет, то ли убедиться, что ей вовсе не чудится, и он действительно идёт за ними и смотрит ей в затылок и спину. Но и оборачиваться постоянно было боязно, дабы не вызвать у Пол нежелательного подозрения.
И всё же это воскресенье станет для девушки едва не самым лучшим и восхитительным за все прошедшие после смерти родителей годы. Во всяком случае, те часы, проведённые рядом с Полин д’Альбьер, не сумеет омрачить даже вынужденное возвращение в Ларго Сулей. И не только само возвращение (которое, отнюдь, оказалось не менее захватывающим за прослушиванием рассказов-воспоминаний от неумолкающей Полли), а, точнее, нежданное столкновение в холле усадьбы с человеком, коего там никто из них в тот час дня не ожидал увидеть. По крайне мере, теперь было понятно чей это экипаж стоял нагруженный кофрами и прочим багажом на запятках до самой крыши двуместной коляски.
- Тётя Джулия? – пролепетала Эвелин запнувшись через несколько шагов, стоило её любимой тётушке выплыть в фойе им навстречу из арочного проёма смежной гостиной.
- Миссис Клеменс? – наверное, только у Полин ответное удивление могло граничить с приятной улыбкой блаженной гостьи, которая рада любому, кого увидит перед собой, даже если это будет сам Дьявол во плоти.
- Полин? Эвелин? А где остальные девочки? – судя по дорожному платью, тёмно-оливкового цвета, тётушка Джулия действительно только-только прибыла в поместье, не успев за это время подняться хотя бы в свои комнаты.
- Они либо ещё в городе, либо где-то по пути сюда. – конечно, отвечала ей Полли, поскольку у Эвы не то что от испуга отняло дар речи, но и дар критического мышления в придачу. – А вы, когда это успели так скоро прибыть в Гранд-Льюис?
- Где-то час назад на поезде. Правда, мистер Клеменс предпочёл остаться в Леонбурге ещё на месяц, так что вся головная боль с ведением дел в Ларго Сулей теперь полностью лежит на моих плечах. Полин! – но в какой-то момент тётушка Джули вовремя спохватилась, тут же вспоминая о своих манерах главной хозяйки дома и том, кто только что вошёл за его порог. – Надо сказать, ты расцветаешь с каждым пройденным годом всё краше и ярче. Почти, как твоя мать в твои годы, я уже молчу о вашем с ней поразительном сходстве.
- Спасибо, миссис Клеменс. И мне, действительно, не передать словами, как приятно всякий раз, когда меня сравнивают с покойной матушкой. Кстати, вы тоже как-то умудряетесь сохранять красоту и свежесть даже не смотря на долгие и изнурительные поездки. Всегда поражалась вашим умением выделяться среди ваших же дочерей, будто они ваши младшие сёстры.
Обмен взаимными комплиментами вскоре закончился обменом изящных поцелуев в щёчки. И всё это время Эвелин стояла в сторонке, ни при делах, вновь ощущая себя лишней, незаметной и никому не нужной.
- Я думала, вы все вместе в городе.
- Ну, мы тоже так по началу думали, но, когда я приехала сюда, все девочки, кроме Эвелин ещё спали. – не смотря на все страхи Эвы, Полин, как ни в чём ни бывало, вернулась к ней и вновь взяла её под локоть, как и делала каждый раз до этого, если хотела продемонстрировать свою дружескую близость и свой неоспоримый выбор. – Стоило мне увидеть её, как обо всём остальном было тут же забыто. В общем, мы решили не терять времени и отправились в город вдвоём. К тому же мне не терпелось отдаться нашим взаимным воспоминаниям прошлого, а это можно было сделать только наедине друг с другом. Тем более ваши девочки уже и сами такие взрослые и самостоятельные, что едва ли согласятся на чей-то бдительный присмотр со стороны за их действиями и передвижением.
- Мне казалось, ты с ними очень крепко дружишь и должна была соскучиться за столько месяцев. – едва ли за улыбкой миссис Клеменс можно было прочесть истинные мысли по обсуждаемому вопросу. В подобных случаях она исполняла свою роль даже более чем безупречно. И от этого Эвелин всегда становилось не по себе, будто её намеренно прощупывали, делая это достаточно незаметно в особо изощрённой манере.
Если бы она знала, кто их здесь ждёт, то заранее предупредила Полли быть предельно осторожной и не вестись на провокационные вопросы тётушки Джулии. Но, похоже, Полин и без того справлялась на отлично, даже не смотря на такую разницу в возрасте и в жизненном опыте.