— Вот как, — и без того улыбчивое лицо Блурвеля озарилось юношеской непосредственностью. — Я вдруг почувствовал неподдельную женскую ревность, и это заставляет моё сердце биться чаще! Значит, не всё потеряно, и у меня всё-таки есть шанс вернуть тебя в свои объятья.
— О боги, Блурвель, ты невыносим. В любом случае, будь добр, не забывай своих обещаний. Ты обязан найти виновника. И кем бы он не оказался, он должен понести единственно достойное наказание.
— Так и будет, дорогая. Так и будет.
Вот уже третий день, как вся столица стояла на ушах. Слухи о том, что случилось в поместье Деневиль, пожаром распространялись по всему городу и вот-вот должны были хлынуть дальше, за пределы Триема. Я и сам успел услышать немало версий от «очевидцев» кровавых событий, так что примерно представлял, в каком именно направлении поворачивает эту историю имперская пропаганда.
А ещё я получил приглашение посетить сразу два места: поместье Блурвеля и дворец Императора. Первое было подкреплено обещанием выплатить оговоренную ранее компенсацию за истраченные на камзолы средства. При этом сумма была заявлена такая, что её вполне хватило бы на то, чтобы одеть с иголочки вообще весь наш отряд. А вот имперская канцелярия ничего не обещала, она просто требовала от всех столичных магов 4-й и 5-й ступени явиться ко двору в обозначенный срок. В общем, оба предложения были из разряда тех, от которых трудно отказаться. Особенно, если учесть, что буквально вчера в ожидании прибытия второй половины нашего отряда мы переехали в дом побольше, и о новом адресе для доставки почты пока никому сообщить не успели. Но письма всё равно пришли.
Поместье мастера Блурвеля находилось далеко за городской чертой. Невычурное, малоэтажное, зато с высокой стеной-забором и кучей охраны, для чего-то переодетой в обычных слуг. Во дворе не нашлось ни одного деревца или даже кустика, лишь зелёный ковёр из коротко подстриженной травы, изрезанный выложенными гладкими камнями тропинками.
Блурвель встречал меня в своём кабинете, и был там не один, а в окружении симпатичной дамы. И хоть видеть на этой женщине бежевое атласное платье было для меня непривычно, сидело оно на ней великолепно. Да и вообще, из образа благородной леди Полема совсем не выбивалась.
— Хватит прожигать меня взглядом, Мазай, — сказала она, поставив на стол бокал с вином. — Неужто ты думал, что я всё время только и делала, что моталась по континенту, не вылезая из седла своей лошади?
— Ну, на званных приёмах нам с тобой встречаться действительно не доводилось, — пожал плечами я.
— А с каких пор ты на них стал ходить? — поддела меня магичка.
— С недавних. И честно скажу, впечатления так себе.
— Кхм… Кажется, я уже обещал тебе некоторую компенсацию, — вступил в разговор Блурвель. — Так что не упоминай об этом снова. И без тебя, знаешь ли, хватает тех, что хочет присосаться к дому Деневиль, чтобы извлечь выгоду из этого… недоразумения. Скажу по секрету, многие даже тайком сожалеют, что нам всё-таки удалось спасти абсолютно всех гостей, ведь это ограничивает их в своих запросах.
— А ещё не позволяет занять освободившиеся места, — предположил я. — Думаю, некоторые родственники были бы совсем не прочь возглавить свои вдруг осиротевшие семьи. Возможно, среди таких и стоит искать тех, кто мог стать пособником ковена. Провернуть такое дело, не имея помощников среди местной знати, было бы крайне сложно.
— Дельное предложение, — согласился маг. — И, конечно, мои люди его уже прорабатывают. Как и вторую твою зацепку. Расследование показало, что на всех слуг, допущенных на приём, скрытые печати были наложены ещё до церемонии. После чего они были лишь активированы кем-то в нужный момент.
— И как же вы это поняли? По тому, что осталось от этих бедолаг, вряд ли можно разобрать хоть что-то.
— Ну не все пострадали так сильно. Но ты прав, дело в другом. Просто в тот момент взрывы прогремели не только в торжественном зале, но и ещё в трёх местах. Во-первых, на кухне, куда были отправлены несколько слуг, чтобы забрать оттуда десерты. Во-вторых, в спальне молодожёнов, где в этот момент расставляли свежие цветы. И в-третьих, в доме прислуги, где находилась одна из служанок, не допущенная к работе из-за болезни.
— Для чего мне эти подробности? Из-за них я невольно начинаю себе представлять эту картину. Там-то поди не оказалось никого, кто также эффектно смог купировать последствия.
— Вот уж не думала, что тебя так легко расстроить чем-то подобным, — вновь влезла в разговор Полема.