– А ты не думала, что убийцей может быть ее бывший? – возразила Лика. – Например, он был настолько сильно одержим ею, что решил убить, только бы она не досталась другому?
– Сомневаюсь. Убийство явно спланировано и подвязано под легенду. Если бы это была месть бывшего, ему не было смысла ждать дня свадьбы, он мог бы убить ее в любой момент и не ехать в отель, где куча родственников невесты, способных его узнать. Уверена, что появление бывшего на свадьбе не осталось бы незамеченным.
– Ты права, но вдруг он хотел добавить драматизма и убить невесту именно в день свадьбы.
– Тогда почему сделал это в лесу, а не перед гостиницей, где стоит фальшивый Плач-камень?
– Аргумент, – сдалась Лика.
– Ладно, займусь пока поиском легенды, сдается мне, что ни Максим, ни Юлия не знают ее целиком, – Яна встала и направилась за ноутбуком.
– А я пойду позвоню мужу, – сказала Лика, со вздохом проверяя сообщения на телефоне.
– Мне тоже есть чем заняться, – отозвался Марк и направился к двери. – Кулешов, конечно, не вызывает доверия, но в одном он прав: вам нужно соблюдать осторожность, поэтому, пожалуйста, не выходите из номера, пока я не вернусь.
Лика вышла вслед за ним, а Яна осталась в одиночестве, с грустью глядя на закрывшуюся за друзьями дверь.
Марка вышел из номера и, игнорируя лифт, направился в сторону лестницы. Его страшно раздражал Кулешов. Когда утром он бесцеремонно заявился к нему в номер и, даже не потрудившись хоть что-нибудь объяснить, вызвал на допрос, Марк сдержался, чтобы не высказать ему все, что в тот момент так и вертелось на языке. Он терпеливо отвечал на бесконечные вопросы следователя, великодушно позволил криминалистам обшарить всю его машину и даже не возражал, когда они попросили разрешения отковырять немного грязи, налипшей на его туфли, хотя знал, что одно его слово, и все это они будут делать только в присутствии адвоката и только после получения соответствующих разрешений. Но у Марка не было причин что-либо скрывать, поэтому он терпел и молчал. Однако его нападки на Яну переполнили чашу его терпения, и теперь Марк готов был стереть наглого следователя в порошок за одну только мысль о причастности Яны к преступлению. Он сам не понимал, почему это вызвало в его душе такую бурю, осознавал лишь то, что обязан защитить ее, во что бы то ни стало.
В комнате отдыха, которую Кулешов нагло захватил под свой кабинет, следователя не обнаружилось, но приятная девушка с ресепшен подсказала, где его искать, и Марк, не обращая внимания на ее вялые попытки его остановить, направился в кабинет охраны. Кулешов и начальник охраны что-то сосредоточенно разглядывали на мониторе, следователь время от времени разочарованно вздыхал и цокал языком. На вошедшего никто из них не обратил никакого внимания, поэтому Марку пришлось громко его окликнуть, чтобы Кулешов, наконец, оторвался от разглядывания чего бы то ни было.
– Да твою ж…! – громко выругался он, застигнутый врасплох неожиданным появлением Марка. – Немедленно покиньте помещение, здесь ведутся следственные мероприятия.
– Выйдем на пару слов, Александр Филиппович, – не двигаясь с места, пригласил Марк.
– Некогда мне! – рявкнул Кулешов. – Возвращайтесь в номер и ждите, пока позову.
Марк чувствовал, как внутри закипает ярость, но его голос оставался абсолютно спокойным:
– Не вам отдавать мне приказы, товарищ майор.
Марк видел, как на лице Кулешова заходили желваки. Он шумно выдохнул, оттолкнулся от стола и в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние.
– Слышишь ты, мажор, я здесь, вообще-то, не для того, чтобы бежать к тебе по первому зову, как дрессированная собачка. У меня нераскрытое убийство молодой девчонки, которую кто-то грохнул прямо в день ее свадьбы! Отель набит под завязку, но никто ничего не видел! Даже эти чертовы камеры, которые должны снимать каждый сантиметр этого гребанного отеля, и те не работали аккурат в тот момент, когда исчезла невеста! И если ты пришел не для того, чтобы рассказать мне что-нибудь существенное, по-хорошему тебя прошу, вали, чтобы глаза мои тебя не видели.
Марк выслушал пламенную речь Кулешова, сохраняя бесстрастное лицо, а потом так же спокойно сказал:
– Я могу помочь с камерами.
Кулешов застыл с раскрытым ртом, медленно моргая. Постепенно смысл сказанного стал до него доходить, и он сосредоточенно прищурился.
– Что значит «помочь с камерами»?
– Могу попробовать выяснить, в какой момент и почему камеры отключились.
На лице Кулешова эмоции сменялись одна за другой. Марк так и видел, как мысли мечутся в голове следователя, обгоняя друг друга. Кулешов разрывался между желанием согласиться и желанием послать мажора куда подальше. К счастью, здравый смысл победил, и следователь нехотя кивнул. Однако Марк продолжал стоять, лениво прислонившись к косяку.