– Она хотела, чтобы Марк вырезал мне сердце, – Яна произнесла это так спокойно, так буднично, хотя внутри нее все сжалось от ледяного ужаса. Маргарита дернулась, будто ее ударили, на мгновение на ее лице промелькнул страх, но она быстро взяла себя в руки.
– Яна, насколько хорошо вы знаете Марка? – неожиданно спросила Маргарита.
Вопрос поставил Яну в тупик.
– Мы знакомы не так давно, но я уверена, что он хороший человек и не причинил бы мне вреда. В конце концов, то, что я до сих пор жива, полностью его заслуга.
– Нет, я говорю не об этом. Вы познакомились недавно, но нет ли у вас ощущения, что знаете вы его гораздо дольше?
Яна опустила глаза, и по тому, как порозовели ее щеки, Маргарита поняла, что попала в точку.
– Вы влюблены в него, правильно?
– Маргарита, все так сложно…
– Да или нет? Вы прекрасно знаете ответ на этот вопрос. Прекратите думать головой и скажите то, что говорит сердце.
– Да.
– Как думаете, он чувствует то же самое?
– Я не уверена. У него очень трагическая история любви, не думаю, что он готов снова испытать подобные чувства. И еще… Мне кажется, нам нельзя быть вместе.
– Почему вы так думаете?
Яна уже готова была рассказать Маргарите о том, что видела, когда коснулась Плач-камня, но что-то ее остановило, поэтому туманно ответила:
– Просто предчувствие. Мне кажется, мы не очень друг другу подходим в романтическом плане.
Маргарита удовлетворенно кивнула, и Яна с удивлением заметила, что хозяйка магазина даже как будто расслабилась, услышав ее ответ. Она ловким движением извлекла откуда-то карты и начала неторопливо тасовать колоду.
– Тяните карту, – Маргарита положила колоду перед Яной. Та послушно вытащила карту, а за ней еще две.
– Похоже, вы правы. Карты говорят, что рядом с вами мужчина, который не до конца честен. Он ведет двойную игру, которая может привести к трагическим последствиям.
Яна и без толкования Маргариты знала, что карта Смерть, которую она вытащила последней, не говорит ни о чем хорошем.
– Мой вам совет: постарайтесь держаться от Марка подальше. Я знаю, насколько это тяжело, но, если вы хотите остаться в живых, остерегайтесь его.
Яна сморгнула набежавшие слезы. Сама того не зная, Маргарита подтвердила ее худшие опасения – их любовь с Марком обречена. Еще несколько месяцев назад она бы сказала, что это все чушь, никто не может предсказать будущее, но сейчас она была уверена в том, что Маргарита говорит правду.
– Не расстраивайтесь. Сейчас ваше сердце разбито, но будьте уверены, в будущем вы еще будете счастливы.
Маргарита накрыла ее руку своей теплой ладонью и ободряюще сжала.
– Вы особенная, Яна. А сейчас возвращайтесь домой и набирайтесь сил, нам предстоит еще много работы.
Яна вышла на шумную московскую улицу и глубоко вдохнула. Так прекрасно снова оказаться среди людей, которые живут своей обычной жизнью и не сталкиваются с призраками, маньяками и прочими ужасами. Очень хотелось с кем-нибудь поговорить, но она не была уверена, что Лика поймет терзающие ее душу сомнения, а обсуждать с Марком ее же чувства к нему и вовсе было глупостью. Оставался один-единственный человек, который, пусть даже и не поймет ее, но хотя бы выслушает. Яна достала из заднего кармана джинсов телефон и набрала номер. Гудки в трубке, наконец, сменились шумом пьяной гулянки, и Яна с трудом подавила в себе желание тут же сбросить вызов, когда же раздалось знакомое «Алло», Яна всерьез раздумывала над безобидным объяснением своему внезапному звонку, но вместо этого, чуть не плача спросила:
– Мам, можно я приеду?
Глава 30
В последний раз Яна была в доме своего детства несколько месяцев назад: курьер, который привез ее матери продукты, несколько минут звонил в дверь, но ему никто не открывал, тогда он связался с Яной с вопросом, что делать дальше. Яна попросила оставить пакеты в подъезде, отблагодарила работника доставки щедрыми чаевыми, и пулей помчалась домой к матери. Всю дорогу ее терзало нехорошее предчувствие, в голове всплывали картины одна страшнее другой, но на деле все оказалось более чем предсказуемо: мать просто снова напилась до беспамятства и не слышала звонка в дверь.
Яна тогда в очередной раз поклялась себе, что больше не проронит из-за нерадивой родительницы ни единой слезинки, но брошенный и недолюбленный ребенок, который жил где-то у нее в сердце, раз за разом надеялся, что однажды получит частичку родительской любви, которую заслуживает.