ГЛАВА 4.
Сондрин закрывала дом, было уже без пяти минут шесть. Она надела короткое черное платье футляр. Оно прекрасно подчеркивало её фигуру, но в то же время не было вульгарным, и, как ей казалось, было достаточно приличным, возможно не таким шикарным, какими были платья вчера на вечеринке, но она и не могла их повторить, это было слишком дорого для нее. Туфли на шпильке, на шее единственное украшение которое у нее было – золотая цепочка с кулоном– жемчужиной, оно ей не нравилась, но ничего не надеть было как-то не правильно. Шея была бы голой и верх пустым. Ее волосы привели в порядок в салоне, ее всю там привели в соответствие, не сказать что она была в «плачевном состоянии», просто, наверное, для успокоения она провела там пару-тройку часов и знала, что все и везде идеально. Ее белая кожа резко контрастировала с черным платьем, слишком белая, не было возможности позагорать летом, легкий макияж. Она подчеркнула глаза, немного румян и чуть тронула помадой губы. Ничего нового. Она понравилась ему такой, зачем же что-то менять. Руки не слушались.
– Черт…
– Не можешь закрыть собственную дверь? – Кристофер стоял за спиной и наблюдал за тем, как она боролась с замком.
– Ты всегда так подходишь? – она отшатнулась от него.
– Как так? – подошел ближе.
– Тихо, я тебя не слышала.
– Просто ты занята своими мыслями, а так бы услышала, давай я закрою, – он подошел так близко, что девушка почувствовала тепло его тела. Взял ключ и мгновенно закрыл дверь. Потом повернулся и вложил ей его в руку, закрыл ладошку не отпуская.
– Твой замок в полном порядке. Это что-то с тобой не так, – и добавил: -Дорогая….
–Ты сказал, чтобы я была красивой.
– Хорошо, – он мельком окинул ее взглядом. – Мне нравится.
Особого восхищения Сондрин не видела, но и недовольства тоже не услышала. Сам же он был, как и положено, одет в строгий костюм. Его новая прическа не давала ей покоя, легкие кудряшки, которые делали его лицо просто невинным, были неподражаемы, синие глаза сегодня были немного грустными. Еще она засмотрелась на его шею – длинную сильную. Верхнюю пуговицу он расстегнул, девушка обратила внимание на несколько родинок.
– Ты так смотришь на меня, тебе нравится то, что ты видишь? – он пристально смотрел на нее.
Она немного смутилась, но потом, тряхнув головой, ответила:
– Да… Нравится.
– Ах, Сондрин, аккуратнее, – он улыбнулся и покачал головой. – Самые опасные вещи в мире – прекрасны.
Он шутил, затем взял ее под руку и медленно повел по тропинке к машине.
– Ужин, беседа и секс – таков план на сегодняшний вечер. Ты можешь отказаться, пока ты не села в машину.
Остановился, повернул ее к себе лицом и смотрел прямо в глаза, казалось, что он уже знал все ее ответы, но все же, для определенной процедуры, доводил все до конца.
– Если ты сейчас откажешься, ты больше меня ,скорее всего, никогда не увидишь и проблем в твоей жизни будет меньше. Но если ты согласишься, – он провел рукой от локтя к плечу и обратно. – У тебя не будет права отказаться от того, что я сказал, я сделаю все в соответствии с той программой, которую тебе озвучил и твои желания будут проигнорированы. Подумай, у тебя есть время до того как мы дойдем до машины, ты знаешь каким я могу быть….
Выбор, выбор он ставил ее в жесткие рамки и ей очень хотелось попробовать на вкус то, что он предлагал. Звук его голоса, вкрадчивый, тихий, его запах, сводящий с ума и уносящий ее в какой-то особый порочный водоворот чувств, его взгляд, наглый, голодный, циничный, что в какой-то мере льстит, другие не удосуживались получить ничего – и ей казалось, что она летит в пропасть. Очень быстро, неумолимо, безвозвратно. Сондрин поймала себя на мысли, что ей становится страшно и одновременно захватывает дух, казалось, что перед ней Дьявол, который очень точно и подробно знает, как ее искушать. И он искушал. Он ставил ее перед выбором – остаться в пустой ненужной жизни или попробовать чего-то нового, но он не обещал в этом новом ничего хорошего, просто что-то отличное от пустоты, но с каким вкусом оно будет подаваться, это было секретом. Ведь счастье не имеет рецепта. Каждый готовит его с ароматом собственных ощущений.
Сондрин смутилась ровно на несколько минут, затем развернулась и пошла в сторону машины. Он улыбнулся краешками губ и последовал за ней.
–О чем будет беседа? – она пыталась держаться свободно, но принятое решение все же немного давило и отражалось на поведении небольшой нервозностью.
– Ты расскажешь мне о себе, – он открыл ей дверь, она немного потопталась, посмотрела на него. Он стоял и улыбался, не отводя от нее взгляда.