Уолтер кивнул.
— Видит бог, я умел охотиться. У меня не было ружья, но, черт возьми, в половине случаев ружье не срабатывало в джунглях.
Он вытащил откуда-то нож длиной почти с предплечье. Чарльз попытался понять, откуда он его достал. На самом деле не так уж много людей могли двигаться так быстро, оборотни они или нет.
Уолтер искоса посмотрел на Анну, затем снова на нож, но Чарльз знал, что увидел сочувствие на ее лице.
— На самом деле все было не так уж плохо, мэм. Зимы могут быть суровыми, но здесь есть старая хижина, в которой я время от времени останавливаюсь, если погода слишком портится.
Не только Уолтер сбежал в горы, подумал Чарльз. Двадцать лет назад имелось несколько мест, где целые сообщества сломленных людей скрывались в дикой местности.
Много лет назад большинство старых солдат исцелились и двинулись дальше или умерли.
До этой поездки он не знал, что здесь кто-то есть. Скалистые горы были суровыми. Всегда, когда Чарльз приезжал сюда, чувствовал, как это место пыталось его прогнать. Горы не предназначались для человека, даже для того, у кого сидел волк внутри. И в старые времена трапперы и охотники избегали этих мест.
Человек, который прожил здесь более тридцати лет, возможно, чувствовал себя здесь как дома. Его могут принять как часть горы.
Чарльз посмотрел в ночное небо и подумал, что человек, который пробыл здесь так долго, мог бы стать любимцем духов.
Духи могли спрятать его даже от острых чувств Чарльза.
Уолтер вытер ложку о снег и вернул ее Чарльзу.
— Спасибо. Я так не ел… очень давно.
Затем, как будто силы покинули его, он закрыл глаза и прислонился к ближайшему дереву.
— Что ты знаешь об оборотне, который напал на тебя? — спросил Чарльз.
Не открывая глаз, Уолтер пожал плечами.
— Они приехали осенью на четырехколесном мотоцикле и заняли мою хижину. После того, как зло изменило меня, я проследил за ними. Жаль, что не увидел это до того, как оно столкнулось с тем студентом. Если бы я был немного быстрее в тот день, то мог бы убить это зло, или если бы промедлил, оно убило бы меня. Хорошо, что серебро вредно для оборотней.
Уолтер громко вздохнул, открыл глаза и снова вытащил длинный клинок из ножен на предплечье. На этот раз Чарльз видел, как он это сделал, хотя не заметил, как он убрал его раньше.
— Этот старый нож теперь обжигает мне руку, когда я его чищу. — Он посмотрел на свои руки или, возможно, на нож. — Я думал, что умру. Я сильно ранил демона этим старым клинком, на нем выгравированы серебряные знаки, видите? Но монстр вспорол мне живот, прежде чем убежать.
— Если нападение оборотня очень серьезно, ты тоже заразишься, — тихо сказала Анна.
Она все еще сожалела об этом? Чарльза охватило дикое желание убить Лео и его подругу, всю чикагскую стаю, но в то же время был благодарен за то, что его пара оборотень, который не умрет, как все жены Сэмюэля.
Братец волк пошевелился и успокоился, совсем как Уолтер.
— Значит, волк, который напал на тебя, не вернулся после того, как ты изменился? — спросил Чарльз.
Обычно, когда волк кого-то менял, его на какое-то время тянуло обратно к новому оборотню. Сэмюэль однажды высказал теорию о каком-то генетическом долге, что оборотень хотел убедиться, что необученный, неконтролируемый волк не привлечет слишком много нежелательного внимания.
Уолтер покачал головой.
— Как уже сказал, я сам выследил его после первого полнолуния, его и ту женщину. Кто она вообще такая? Я видел, что она делала, и чертовски уверен, что это не человек. Извините, мэм. Она пыталась подозвать меня к себе, когда я обратился в первый раз. Я не знал, кем она была, но от нее плохо пахло, как от оборотня. Сначала думал, что она и зверь — одно и то же существо, но потом увидел их вместе.
Час назад начался легкий снегопад, но теперь большие белые хлопья валили с неба, прилипая к его ресницам и волосам. Он немного расслабился, снег скроет их следы.
— Ты когда-нибудь видел волчицу в ее человеческом обличье? — Чарльз не знал, как выглядела пара Асила в человеческом обличье, но описание могло быть полезным.
Уолтер покачал головой.
— Нет. Может, у нее этого и нет.
— Может, и нет. — Чарльз не знал, почему он так уверен, что другой оборотень была не той, кем казалась. Он потерял ее следы, но верил своим инстинктам, когда они так настойчиво нашептывали что-то.
Чарльз переключил свое внимание на Уолтера. Он был оборотнем два месяца, и сегодня днем у него хватило самообладания остановить свое нападение, как только понял, что Анна оборотень, а не жертва. У него больше контроля, чем у большинства новых волков.