Но как только зашло солнце, температура упала еще на десять градусов. У них имелся только один спальный мешок, и Чарльз прав в том, что выбора нет.
Анна отошла на сотню ярдов от самцов, сначала к ели, под которой лежали иголки. Раздевшись, встала дрожащими ногами на снег, подальше от колючих иголок.
От холода перевоплощаться было труднее, от боли у нее перед глазами заплясали звезды. Анна пыталась тихо вздохнуть, слезы текли по ее щекам, когда суставы и кости перестроились, а кожа разорвалась, превратившись в мех.
Это заняло очень много времени.
После перевоплощения Анна лежала, тяжело дыша и чувствуя себя несчастной, на покрытом кристаллами льда снегу, слишком уставшая, чтобы двигаться. И поняла, что даже у холода есть запах.
Постепенно, по мере того как ее боль отступала, Анна поняла, что впервые с прошлой ночи, когда Чарльз свернулся вокруг нее калачиком и окружил своим теплом, она не мерзла. Когда первоначальная агония сменилась ноющей болью, она потянулась, отчего ее кости и позвоночник хрустнули.
Анна не хотела возвращаться и ложиться с незнакомым самцом всего в нескольких футах от нее. Волчица не боялась самца. Она знала, что тот вряд ли будет вести себя, как другие. Но ей также не очень нравилась идея прикасаться к кому-либо, кроме Чарльза.
Рядом, но вне поля зрения, волк Чарльза издал тихий звук, похожий на лай или скулеж. Шатаясь, как новорожденный жеребенок, Анна поднялась на ноги. Она остановилась, чтобы стряхнуть снег со своего меха и привыкнуть к четырем лапам. Потом взяла одежду в зубы и отправилась обратно. Чарльз подбежал к ней, затем схватил ее ботинки, в которые она запихнула перчатки, и проводил ее в их сегодняшнее логово.
Уолтер ждал их прямо возле выбранного ими убежища. Как только увидела его, Анна поняла, что не только она не в восторге от того, чтобы спать нос к хвосту с незнакомцем. Уолтер выглядел несчастным, сгорбившись и низко опустив хвост.
Движением уха Чарльз велел Уолтеру забираться в убежище. Уолтер улегся на землю, и настала очередь Анны. Чарльз толкнул ее вслед за другим волком, поставил ее ботинки так, чтобы в них не набивался снег, затем лег перед входом, чтобы в случае опасности всех защитить. Места было немного, хотя Уолтер прижался к деревьям у них за спиной так тесно, как только мог.
Когда Анна устроилась рядом с ним, Уолтера затрясло. Бедняжка так долго был один и не мог мгновенно приспособиться к поведению стаи. Его страдания странным образом повлияли на ее собственный дискомфорт. Беспокоясь за него, Анна уткнулась носом в загривок Чарльза и заставила себя расслабиться, надеясь, что это успокоит Уолтера.
Это была стая, подумала Анна, когда тепло окатило ее от двоих волков. Она доверяла Чарльзу, он не причинит вреда и позаботится о ней. Анна знала, что оба волка готовы встать между ней и бедой, и поэтому спать безопасно. Это намного лучше, чем ее первая стая.
Прошло много времени, прежде чем Уолтер перестал изображать каменную статую и расслабился рядом с ней. Но только после того, как он со вздохом уткнулся носом в ее бедро, Анна позволила себе погрузиться в сон.
Глава 11
Боль мешала Чарльзу уснуть, пока его пара и бродяга спали.
Раны на ноге и груди ясно давали понять, что он слишком перенапрягся. Если не будет осторожен, ему не удастся спуститься с горы. Но именно мысль о ведьме держала его начеку, когда вокруг них бушевала снежная буря.
Чарльз никогда не чувствовал ничего подобного, покорность окутывала его невероятными слоями, и ему оставалось только отвечать на вопросы ведьмы.
Он был слишком доминантным, и даже его отец не мог укротить его, но слышал, как другие волки описывали подобное состояние. Но описания не соответствовали действительности. Чарльз в очередной раз убедился, что его отец правильно отбирал доминантов для своей стаи, прежде чем позволял им стать альфами. Ужасно чувствовать такую власть над собой, даже если доверяешь альфе. Его уважение к храбрости доминантов из отцовской стаи выросло еще на пару ступеней.
Если бы Анна не отвлекла ведьму и не разрушила заклинание… Чарльз резко вздохнул, и Анна хмыкнула, успокаивая его даже во сне.
Паника почти прошла, у него было время подумать о том, как сработало то заклинание. И Чарльз все еще понятия не имел, как ведьма смогла использовать узы стаи его отца.
Брану нужно сообщить, что ведьма может проникнуть в магию стаи. Насколько Чарльз знал, ничего подобного никогда раньше не случалось. Только боль и понимание того, что его тело ослабло, удерживали его на месте, вместо того чтобы бежать к машине. Необходимо предупредить отца.