— А хотите расскажу секрет? — вдруг спросил у него чей-то мелодичный женский голос.
В первое мгновение Элрик даже не понял, что обращаются именно к нему. Он прикрыл газету и встретил озорной взгляд ярких зелёных глаз.
Он сразу её узнал, Элрик часто читал газеты и видел самые разные новости про Элизабет Нортон, как и её гравюры. Она была знаменитой оперной певицей, прослыла невероятной красавицей с медовыми волосами и пухлыми алыми губами. А ещё Элизабет была уже дважды вдовой, и её окружали далеко не лестные слухи. Элрика, конечно, не интересовали свежие сплетни, но иногда и их полезно почитать, чтобы держаться подальше от сомнительных людей.
— Простите?
Элизабет поправила складки зелёного платья, глаза горели озорным огоньком, казалось, она с трудом сдерживала бьющую ключом энергию.
— Вы читали газету. И на первой странице главная новость про леди Морган. Так вот... — Элизабет понизила голос. — Я одна из тех, кого она выбрала.
В её глазах зажглось торжество и предвкушение. Элрик несколько раз моргнул, вот так совпадение.
— Это поистине невероятно, — согласился он.
— Элизабет Нортон, — представилась она, очаровательно улыбнувшись.
— Рад с вами познакомиться. Элрик Блэквуд, — представился он в ответ.
— И мне приятно познакомиться, мистер Блэквуд.
— Доктор. Впрочем, я только стал доктором и за моими плечами нет того, что причитается этому званию.
Пожалуй, это была одна из причин, почему Элрик собирался принять столь странное наследство от незнакомой женщины. Он не был богат, даже обучение на доктора ему давалось труднее, чем некоторым другим. Но было ещё кое-что, что Элрик обожал делать — исследовать. Именно по этой причине он читал газеты, ему было интересно следить за новыми открытиями, любыми и в любых науках, разбираться, как и что устроено. Элрик мечтал и сам проводить исследования и делать также же невероятные открытия в своей сфере. Только вот на это нужны были деньги.
Так под шум поезда, Элрик и Элизабет разговорились. Он спросил, почему певица без сопровождения, на что она отмахнулась. Она спросила, откуда он. А когда поезд прибыл до нужной станции и Элизабет поднялась, Элрик встал следом.
— На самом деле я утаил кое-что от вас. Я тоже один из наследников виконтессы.
Вот так они и оказались оба перед мрачной церковью и особняком.
Дворецкий лет тридцати или сорока проводил их в гостиную. Элизабет тут же отвлеклась на внутреннее убранство, а Элрик сосредоточил взгляд на дворецком. Было нечто неправильное в его чертах, слишком длинные и седые волосы, собранные в свободный хвост. Этот цвет сбивал с толка, волосы седые как у старика, но при этом на лице ни одной морщины, скулы острые, а тело подтянутое.
— Располагайтесь, сейчас позову госпожу Морган.
Кроме незнакомцев в наследство должна была вступить и приёмная дочь леди Морган — мисс Аманда Морган. Признаться, Элрик считал ситуацию странной, почему бы не отдать всё приёмной дочери? Зачем понадобилось делить богатство, да ещё и между незнакомцами?
— Ух-ты, как экстравагантно! — восторженно и громко прошептала Элизабет.
Элрик обернулся, певица стояла возле камина, её рука несмело коснулась белого черепа. Не удивительно, что Элизабет была столь яркой фигурой, её энергия и простое отношение к жизни подкупало. Но Элрик не забывал, что в свои двадцать семь певица уже похоронила двух мужей и стала участницей сотни скандалов.
— Как думаете, он настоящий? — спросила она.
Элрика и самого интересовал этот вопрос, поэтому он подошёл и взял череп из рук Элизабет. Снял перчатку и коснулся прохладной кости голой рукой, перевернул, заметил отсутствие одного верхнего зуба. В остальном же череп находился в идеальном состоянии.
— Да, это череп взрослого мужчины, — подтвердил Элрик.
— Ох, — удивлённо воскликнула Элизабет, приложив ладонь в белой перчатке к алым губам.
Но Элрик видел по лицу, что девушка не испугалась, скорее её глаза загорелись ещё большим азартом. Элизабет рассматривала всё это, как лёгкое и увлекательное путешествие, она напоминала пух одуванчика, кочующий вместе с ветром. Элрик в противовес чувствовал себя тяжёлым камнем.
— Вижу, вам пришёлся по вкусу мой необычный экспонат.
Они обернулись на дверь, ведущую в глубь особняка, где уже стояла хозяйка дома, а позади — дворецкий. Мисс Аманда Морган была облачена в траур — чёрное платье в пол с высоким воротом и длинными рукавами. Серые глаза Аманды лучились теплом и любовью, как у вдовы Анны Морган на всех её изображениях.