Люди окружили особняк, а им с Найсэ и Блодьювед только и оставалось, что отбиваться с минимальным вредом для попавших между молотом и наковальней сельчан. Они забаррикадировали дверь, заколачивали окна, но люди продолжали ломиться.
Со звоном разбитого стекла на пол упал камень, а затем в ещё не забитую щелку проснулось разгневанное лицо сельчанина. Блодьювед вытолкнула мужчину канделябром, а Найсэ закрыл проём доской.
Внутри дома за одной из дверей тоже послышалось присутствие посторонних. Весь дом оборонять они не могли, а потому забаррикадировали лишь часть его. Дейдре услышала громкий стук от двери, что вела к помещениям для слуг, а затем и толчки, но спинка стула и прибитая доска плотно держали недоброжелателей по ту сторону.
Дейдре наблюдала за тем, как люди пробивались внутрь. Зачем Кухулин так сделал? Что бы это доказало? Да, они вчера повздорили, разошлись во мнениях, но…
Вновь звон разбитого стекла.
— Дейдре! Не стой! — крикнул Найсэ, схватив её за плечи.
Она моргнула, бросила взгляд на тени разъяренных сельчан. Конечно, Найсэ не хотел им вредить, но, возможно, в том и был смысл. Кухулин знал, как бывший друид ценил жизнь.
— Он думает, что мы будем только защищаться. Они ведь прорвутся рано или поздно, — медленно начала Дейдре. — И убьют нас. Вот так он и победит.
— И что ты предлагаешь? — спросил Найсэ.
Звон стекла, Блодьювед взвизгнула и отбежала от окна.
— Что вы делаете?!
Дейдре её проигнорировала. Она глубоко вдохнула и взяла себя в руки. Пусть её отец не был лучшим в мире, пусть под конец жизни они поссорились и стали врагами, но Конхобар научил Дейдре быть решительной и жёсткой.
— Извини, Найсэ.
Дейдре не гордилась тем, что она сделала. Люди в тот момент умудрились выбить дверь, а Дейдре, словно предводительница войска решительно шагнула к ним и подула.
— Нет! — возглас Найсэ.
Когда ни в чём не повинные сельчане начали покрываться язвами и в агонии падать, Дейдре всё с прежней решимостью вышла на улицу. Под ногами лежали трупы, за спиной шёпот Найсэ…
— Дейдре, зачем?
Она набрала в грудь воздуха и крикнула:
— Хватит прятаться за чужими спинами, Кухулин!
— Я и не прячусь, — ответил он, выходя. — Я знал, что ты это сделаешь, Дейдре. Только ты способна меня понять. Ну же? Скажи, разве не в этом смысл нашего существования?
Кухулин развёл руки, демонстрируя трупы людей вокруг.
***
Дейдре резко проснулась, вытянула руку, но Найсэ на кровати уже не было, а в сознании маячило присутствие Кухулина. Он здесь. Дейдре поднялась, быстро оделась и безошибочно определила местоположение Найсэ и Блодьювед.
Придерживая подол тёмного платья, Дейдре быстро спускалась вниз по ступенькам. Она прокручивала в голове тревожный сон, Дейдре по-прежнему не видела картину целиком. А ещё её раздражало, что Найсэ опять ушёл разбираться со всем один! Сколько можно? Дейдре всегда была рядом и готова помочь!
Быстрыми шагами она преодолела холл и вышла на крыльцо, но резко остановилась, услышав растерянность и нотки истерики в голосе Блодьювед, а Найсэ, напротив, совершенно спокойно ответил:
— Пожалуйста, не сейчас, давайте отложим разговор.
Блодьювед стояла спиной и не видела Дейдре.
— Нет, пожалуйста, доктор, вы же знаете в чём дело, я уверена, — продолжала она с мольбой в голове. — Сегодня мне опять приснился тот сон!
Взгляд Найсэ скользнул к Дейдре. Должно быть, он заметил её резкие шаги и сжатые кулаки, ведь между его бровей тут же образовалась морщинка.
— Не сейчас, Блодьювед, — твёрдо сказала Дейдре и та замолчала, уставившись в ответ. Но перед взором Дейдре вновь был лишь один Найсэ. — Я тебя люблю, но как же ты порой бесишь!
Найсэ слабо улыбнулся, а потом на выдохе сказал:
— Извини.
— Перед собой извинись. Я уже вижу у тебя синяки под глазами, хотя и знаю, что это невозможно. Серьёзно, повторяю в последний раз, не бросай меня больше в постели одну, это во-первых, а, во-вторых, ты не всесилен и не обязан разбираться со всем один.
Блодьювед непонимающе переводила взгляд с одного на другого. Найсэ кивнул, Дейдре шагнула ближе так, чтобы почувствовать тепло его тела, так чтобы встретить гостя плечом к плечу.
Кухулин показался из-за поворота, он прихрамывал и опирался на трость. Дейдре и Найсэ стояли молча, ожидая пока расстояние между ними сократиться. Молчала и Блодьювед, хотя в отличии от Кухулина, она вряд ли понимала, что происходит. Дейдре вспомнила слова Найсэ о том, что в этой жизни всё идёт не так.
Теперь у Кухулина были короткие волосы, шрам через щеку, но красная военная форма отчётливо говорила, что даже в этой жизни он остался воином.