Дейдре присела рядом и закрыла застывшие в одном положении глаза. Тело всё ещё было горячим и потным от лихорадки. За окном послышались приближающиеся голоса, Дейдре быстро убралась с места преступления. Ещё не время раскрывать все карты, позже.
Оставив труп внизу, Дейдре вновь поднялась в свою комнату, выглянула в окно, Элрик разговаривал с Аланом, выглядел он взволнованно. Определённо ему труднее дались воспоминания, чем ей в начале этой долгой жизни.
Когда оба исчезли из поля зрения, Аманда взяла книгу с полки. Именно они лучше всего скрашивали её серые будни и отвлекали от незавидной судьбы, но сейчас чтение не шло. Сердце рвалось из груди в ожидании Найсэ, вот-вот и он всё вспомнит, вот-вот и придёт к ней. И пусть недолго, но они вновь будут вместе.
Дейдре легла на кровать, бросив книгу рядом, прикрыла глаза, вспоминая уже заметно подёрнувшуюся пеленой жизнь дочери великого вождя.
Свет солнца пробиваться сквозь молодые зелёные листочки. Иногда дубы перешёптывались под порывами ветра, Найсэ сидел закрыв глаза и, казалось, действительно пытался понять разговоры деревьев. Дейдре знала, что друиды видят гораздо больше, чем обычные люди. Хотела бы она смотреть на мир также, как Найсэ.
Дейдре медленно ступала по траве, роса холодила босые ноги. Найсэ сидел на поваленном дереве, спиной он едва-едва облокачивался на зелёный дуб.
Дейдре села рядом, Найсэ даже не пошевелился. Прогресс в их отношениях шёл медленно. Но какая разница? Тогда Дейдре не спешила, она наслаждалась каждым моментом и не думала о будущем.
— Тебе говорили, что ты похож на ворона?
Он промолчал, даже глаз не открыл. А Дейдре обдумала свои слова. Что если появиться богиня Морриган, что так любила воронов, и заберёт его к себе? А может быть он уже любит Блодьювед, что постоянно ошивалась рядом? Ничего, разлюбит.
— У тебя такие волосы... Словно перья.
Она протянула ладонь, но он резко повернулся схватил её за запястья.
Тёмные зелёные глаза смотрели строго, но уже не так безразлично, как раньше.
— Если вам нужна игрушка для утех, найдите другого. Я — главный друид.
Да знала она, кто он такой. Ей было плевать.
— А что если мне не нужна игрушка? Мне нужен ты.
Откровенно сказала она, чуть улыбнулась и, пользуясь замешательством, мягко положила ладонь сверху на руку, которой он держал её запястье.
Нежное прикосновение смутило Найсэ, он тут же отпустил Дейдре и отвёл взгляд. Дейдре ликовала, словно одержала победу в битве.
— Я вам не пара. Я — друид, вы всегда сможете прийти ко мне за советом, лекарством или историей.
Она помнила, как в разгар лета Найсэ впервые подарил ей цветок. По-прежнему холодный и отстранённый, но теперь в его движениях читалась забота и нежность.
Помнила, как она поцеловала его в щёку, а он застыл, словно каменное изваяние. А потом они лежали вместе под деревом, она игралась с его волосами, обнимала, а он уже не отталкивал, а наслаждался.
А ещё, когда Дейдре откровенно переходила границы, он краснел. Жаль, потом разучился. Ни в одной из последующих жизней Найсэ не смущался так, как тогда.
Раздался стук, Аманда открыла глаза. Элрик стоял за дверью, она отчётливо его ощущала. С предвкушением Дейдре открыла дверь, Элрик был бледным — взгляд такой, словно он увидел ожившего мертвеца, чёрные волосы в лёгком беспорядке.
— Элизабет мертва, — начал он без предисловий.
Спустя столько лет Дейдре искусно научилась играть, вначале она изобразила удивление, а затем позволила горечи от потери подруги вырваться наружу.
— Ох…
А дальше всё завертелось. Элрик и его настойчивость, полисмены, а затем тот самый момент, которого она так долго ждала. Найсэ вспомнил.
Часть 3. Дейдре и Найсэ. Глава 11
Элрик так и не мог уложить всё в голове, чувства из прошлых жизней перемешивались с этой, как и воспоминания. Вот в мыслях возникали привычные образы всадников: Чумы на белом коне, Войны на рыжем, Голода на чёрном и Смерти на бледном. А вот тот момент, когда все четверо осознали, что полученная ими сила больше не может использоваться на благо, ужас на их лицах и лишь один вопрос «Что делать дальше?»
Он моргнул, возвращая какое-никакое спокойствие. Вокруг вновь та же тёмная комната, а внизу прах и кости мистера Брукса, ещё живой Бишоп, но самая главная проблема — Кухулин, он же мистер Уильямс, он же Война. И интуиция подсказывала, что Кухулин тоже уже вспомнил, кто он такой, или был на грани.
— Аманда... Нет, Дейдре, я ещё не вполне... Эм, в себе, но нам нужно действовать. Там Кухулин, и он вряд ли поменял своё мнения.
Аманда тяжело вздохнула, отходя к полкам. Было видно, что она отводила глаза и пыталась собраться с мыслями. Дейдре каждый раз смотрела куда-то ещё, если хотела сообщить то, что не понравиться Найсэ.