Выбрать главу

Это так странно смотреть на человека,
который сидит перед тобой и исповедуется, признается в своих грехах.

Я видела перед собой человека, у которого внутри горит душа.

А горела она очень давно…

Уставший, угасающий человек, а в глазах печаль и разочарование.

Глава 2

Глава 2
Акулов

Закрытый от всего мира. Сложный для всех. Холодный, мужественный, сильный. Красив и спортивен. Его ослепительно-зёлено-ядовитые глаза, взгляд которых, как молния, пронзает изнутри.

Мужчина высокого роста, двадцати восьми лет, шёл по коридору, направляясь в сторону своего кабинета, где его ожидал человек с нужной ему информацией.

Войдя в кабинет и сев за рабочий стол Акулов начал разговор.

— Пробил машину, на которой сегодня Сафина ездила ночью в Арамиль?

— Да, я выяснил, этот автомобиль принадлежит Зернову Аркадию Анисимовичу, ранее судимому за убийство бизнесмена. Она приехала и уехала на этом автомобиле. После недавнего освобождения Зернов является подозреваемым в незаконной торговле дорогих металлов и камней, но пока что никаких доказательств нет.

— Анисимович не может быть… — схватившись за голову, удивленно произнес он. Стукнув от злости, на эмоциях, по столу. — Сделайте так, чтобы доказательства появились. Я хочу видеть этого человека за решеткой!

— Но как мы это сделаем? Так нельзя без оснований…

— Основания есть, Тимур, тут и дураку понятно, что он продолжил свои темненькие делишки. Зернов есть в списках подозреваемых. Я сейчас позвоню следователю Евгению Семеновичу, он в 313-м кабинете, помнишь? Он выпишет тебе ордер на обыск, получишь его и сразу выезжайте с ребятами на обыск.

— Только не говори, что делаешь это из-за ревности к Сафине Боцарис… — сказал ему Тимур.

— Тимур… — Прошипел Акулов, нервно закрыв глаза. — Ты с ума сошел? Ты сам знаешь, какую операцию успешную мы провели благодаря Сафине, пока она была у нас на практике. Молодая девчонка сделала то, что мы не смогли сделать долгое время. Нашла нужную нам информацию… Мы не можем больше подвергать её опасности, что этому старику надо было от неё? Что их связывает?

— Позвони и спроси у неё. — Сказал напрямую ему Тимур.

— Иди к Семеновичу уже! — Выдал нервно прокурор, вынуждая его покинуть кабинет.

***
Акулов

Мысль о том, что Сафина делала у этого мужчины дома, не покидала меня ни на минуту. Не хватало ещё её приключений, чего он хотел от неё? Что Сафина делала у него так долго?
Что, если она взяла у него интервью?
Нет, только не это, пронеслось у меня в голове. Я рывком подскочил, покидая здание, и сел в машину, отправившись прямиком к дому Сафины.

Большой дом и охрана, которая окружала его, уже знала меня наизусть, и, когда я уже подъезжал к её дому, то охрана уже открывали для меня ворота. После смерти отца Сафины её семья приняла решение о том, чтобы нанять охрану, и, конечно же, за помощью они обратились ко мне.
К соседскому прокурору.

До сегодняшнего дня ни брат, ни мать Сафины не были в курсе, какое дело мы провернули с Сафиной.

Но что больше всего меня волновало, это дома ли она, в курсе ли домашние, где она была этой ночью, я хотел посмотреть в её серо-голубые глаза и узнать, что скажут мне они. Ложь, или все же она расскажет, где была этой ночью. Что делала в этом проклятом доме.

— Здравствуй, Сашенька, проходи. — Встретила меня тетя Силена.

— Здравствуйте, Сафи дома?

— Нет, снова в своем издательстве с самого вечера уехала, там и осталась. — Недовольно выразилась женщина. — Значит, работает снова над чем-то, бедовая девочка, снова, наверное, пишет какую-нибудь скандальную историю. И откуда она только берет это в своей голове.

Я поперхнулся от услышанного, и женщина поспешно налила мне стакан воды, который я тут же опустошил.

— Ты с работы только, может, поешь с нами? Скоро Давид должен прийти.

— Нет, спасибо, я хотел поговорить с Сафиной, но её нет, я пойду.

— Когда она будет дома, я сообщу ей о тебе.

— Спасибо, до свидания.

Виду я не подал, оттого что удивился. Черт, её не было дома всю ночь, и даже днем она не показалась дома. Ты точно что-то промышляешь, Сафина Боцарис. Решено, я поеду к ней в издательство! Иначе эти мысли не покинут мой разум.