Выбрать главу

Внизу веселились, как в аду.

Это было его шестое ранение в жизни. И второй раз его оставили, сочтя мертвым. Первый раз пуля была посолидней, но попала в пряжку ремня. Тогда удалось выкарабкаться, лишь на некоторое время потеряв аппетит. В Англии, в 1944 году, военная полиция обнаружила его, когда на грузовике, набитом ворованными покрышками, он проезжал через блок-пост... Были и еще ранения. В итоге он почти так же изрешечен пулями, как Том Микс.

Он попытался поднять левую руку и посмотреть на часы, но рука, онемев, стала неподвижной. Он дотянулся правой рукой, схватил левую за кисть и поднял. Было четверть второго. Секундная стрелка совсем не торопилась. Две другие стрелки, часовая и минутная, не двигались, словно нарисованные.

Те, внизу, были слишком веселыми. Какого черта им не отправиться домой!..

А что, если Кейпор решит показать кому-нибудь свои прекрасные статуэтки?

Паркер скривился, дотянулся правой рукой до “терьера” и положил его на колени. Курил и ждал. “Бычки” он тушил о стену — пепельницы поблизости не имелось.

Генди стал дышать с хрипом. Может быть, в легких у него была кровь. Вряд ли тогда он выживет. И в этом жирному ублюдку повезет.

Внизу становилось все тише. Он снова поднял руку, чтобы посмотреть на часы. Без двадцати два. Ему казалось, что он сидит здесь уже несколько дней. Жжение в боку утихло, и больше не кололо в руку. Все онемело, приглушив пульсирующую боль.

Становилось тише и тише внизу. Он дотянулся до дверной ручки и собрал все силы. Опять подступила зеленая темнота. Он ждал, опираясь на дверь, пока темнота отступит. Сигареты не помогли. Они только прояснили голову.

Он попытался идти. Прошел через дверь к противоположной стене, чтобы опираться на нее правой стороной тела. Он шел медленнее, чем хотелось, но все же добрался до начала лестницы. Опираясь на стену, смотрел сверху на большой холл с паркетным полом. Парадная дверь была открыта. Гости уходили. Кейпор улыбался, кивал на прощанье и говорил всем “до свидания”. Все разговаривали на массе различных языков — по-французски, по-немецки и на каких-то других. Никто не говорил по-английски. Прощание заняло много времени. Очень. Две-три с длинными языками женщины в мехах отняли больше всего времени. Наконец парадная дверь закрылась. В холле остались только Кейпор и дворецкий-телохранитель.

Кейпор что-то сказал. Телохранитель поклонился и ушел. Оба были во фраках, как официанты. Кейпор зевнул, похлопал себя по рту тыльной стороной ладони, и, вынув золотой портсигар, неспешно закурил сигарету. Только после этого он стал подниматься по лестнице. Небольшого роста, изящный, выглядевший как денди, с лицом ястреба и глазами хорька. Руки и лицо были такими серыми, будто их промазали автолом. Он заметил Паркера, когда уже поднялся почти до самого верха, Увидев человека с пистолетом, широко раскрыл рот, не издав ни звука.

— Не делайте ничего необдуманного, — сказал Паркер. — Идите впереди меня в комнату с трофеями.

— В какую комнату?..

— Статуэтки, — пояснил Паркер. По лицу Кейпора внезапно разлилось выражение тревоги и сразу же стерлось с него.

— Что вы здесь делаете?

— Мы побеседуем. В комнате с трофеями.

— Мне позвать на помощь?

— Вам не придется кричать второй раз. Пошевеливайтесь!

Кейпор заколебался, обдумывая ситуацию, а глаза его так и метали взгляды в сторону комнаты со статуэтками. Ему хотелось знать, находятся ли деньги все еще в Аполлоне. Он пожал плечами и прошел мимо Паркера.

— Идите медленнее. Кейпор оглянулся на него:

— Я вижу, вы ранены.

— Просто идите медленно и не делайте резких движений.

Паркер собрался и проковылял к противоположной стене. Он хотел использовать как опору о стену здоровый бок.

Кейпор первый вошел в комнату и остановился в дверях, рассматривая разгром. Потом увидел Аполлона без головы.

— Что произо...

— Правильно, — сказал Паркер. — Их нет. Паркер прошел в комнату следом и закрыл дверь, навалившись на нее спиной. Очень хотелось снова сесть на пол, но тогда ему стало бы хуже.

Наконец Кейпор увидел лежащего Генди, который пока еще дышал. Едва-едва.

— Это он ранил вас?

— Нет. Вы когда-нибудь слышали о Менло?

— Огюст Менло? — Кейпор удивился, испугался и снова изобразил удивление. — Какое к этому имеет отношение инспектор?

— Мы сейчас заключим сделку, Кейпор.

— Мы?.. Я так и не понимаю, о чем вы говорите.

— Сто штук исчезли. Посмотрите статуэтку. Ее тоже нет.

— Я вижу это.

— Я могу вернуть вам половину.

— Половину?

— Это лучше, чем ничего. Кейпор взглянул на Генди.

— Он умирает, — сказал он.

— Если умрет, сделка аннулируется.

— Какая сделка? Объясните свое желание.

— Я могу рассказать кое-что, вас заинтересующее. Могу вернуть вам половину денег. Вот что я могу для вас сделать. А для меня вы можете найти доктора, который не сообщит в полицию о пулевых ранениях. При вашей работе вы должны знать такого доктора.

Кейпор коротко кивнул. Но в глазах застыла осторожность.

— Вы также позаботитесь о моем напарнике. Будете держать его здесь, пока не встанет на ноги. Когда он станет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы передвигаться, я верну вам ваши деньги.

— Откуда мне знать, что вы можете их вернуть?

— Я знаю, кто их забрал и куда направился.

— Вы создаете впечатление уверенного в себе человека.

— Абсолютно. Он слишком жаден, чтобы туда не отправиться.

— Что бы это ни значило... По тому, другому вопросу. Что вы могли бы сказать интересного для меня? Что бы это могло быть?

— Мы договорились?..

— Как я узнаю, что вы хотите мне сказать, пока не скажете?

— Забудьте об этом. Информация будет вам в виде премии и бесплатно. За половину денег, которые я вам верну, мы договорились?

Кейпор пожал плечами и взглянул на Генди:

— Думаю, он в любом случае умрет. И тогда вы мне не вернете деньги.

— Поэтому решайте быстро. Чем раньше его увидит доктор, тем лучше.

— Если он умрет и я не получу денег, зачем мне тогда идти с вами на сделку?

— Сделка стоит, чтобы рискнуть.

— Возможно.

— Определенно. И у вас нет недели, чтобы обдумывать это предложение.

— Очень верно. Хорошо, мы договорились.

— Нужен врач. Быстро. Для него, чтобы сохранить ему жизнь. И для меня, чтобы меня перебинтовали и я мог двигаться. Если я сразу не уеду, то вряд ли верну ваши деньги.

— А теперь скажите, что хотели сообщить из того, что мне следует знать?

— После появления здесь врача. Где я могу прилечь?

— Понятно. — Кейпор тонко улыбнулся. — Излишнее доверие нам не грозит, не так ли? Каким именем мне вас называть?

— Выберите любое.

— Конечно. Можете воспользоваться спальней прямо через холл. Что касается вашего приятеля, не думаю, что нам следует трогать его без совета врача.

— Это верно.

Паркер, медленно двигаясь вдоль стены, вышел в холл и, пройдя к двери напротив, открыл ее, нашел выключатель. Он не увидел в комнате ничего — только постель. Подошел к ней, рухнул боком и перевалился на спину. Пистолет оставался в руке. Он закрыл глаза, потому что свет с потолка резал их, но не позволял себе потерять сознание.

Через некоторое время он услышал движение и открыл глаза. Вошел Кейпор.

— Я вызвал врача. Сначала, конечно, он осмотрит вашего приятеля. — Кейпор включил настольную лампу у кровати и выключил верхнюю люстру. — Так будет лучше, — сказал он. — Когда доктор станет осматривать вас, лучше всего ничего ему не говорить.

— Не беспокойтесь.

— Судя по всему, у меня достаточно причин для беспокойства, но я попытаюсь последовать вашему совету.

Он вышел. Паркер остался лежать, сжимая пистолет, цепляясь за сознание и не желая впадать в забытье. Зеленая темнота вновь сгустилась вокруг, оставляя лишь небольшой просвет. Он так и лежал в полубессознательном состоянии, пока не вошел врач, выглядевший сердитым, — крепко сложенный мужчина с рыжими усами. Промолчав в первый момент, потом он все же не выдержал.

— Убери ты этот чертов пистолет.

— Нет, — отрезал Паркер.

— Нет? Тогда сними палец со спускового крючка. Мне придется сделать тебе больно, но мне совсем не хочется быть за это пристреленным.