— Поговорим в моей комнате, — сказала Алиса и, развернувшись, пошла в сторону своей спальни.
— Держите двери приоткрытыми, — предупредил Марк.
— Держи свои комментарии при себе, — огрызнулась его сестра и, схватив меня за руку, затащила в свою комнату.
— Я серьезно, Лисси, если вы не выйдете через 5 минут, я за себя не ручаюсь.
— О, не волнуйся, за 5 минут можно успеть много чего, — съязвила она. — Ты уж в этом должен разбираться.
Я улыбнулся. Как мне нравилось, когда Алиса не боялась быть собой и выпускала свои коготки. Она закрыла дверь и мы остались вдвоем в ее комнате. Я перевел взгляд на кровать, засланную белоснежным пледом, желая оказаться на ней вместе с плаксой. Обнимать ее так крепко, чтобы она растворилась во мне, а я в ней. Целовать и не думать о том, что это что-то неправильное.
Черт, да я никогда не буду так думать. Я никогда не мечтал о том, каким будет наше первый поцелуй. Запрещал себе даже это, ведь тогда у меня было бы больше соблазна узнать, как ее губы ощущаются на моих. Как ее хрупкие пальцы сжимали мое предплечье, словно были ей поддержкой. Какой идеальной она была в моих объятиях и с какой скоростью билось мое сердце, когда я ее касался.
Я взглянул на плаксу, но она избегала смотреть на меня. Я знал ее слишком хорошо, чтобы понимать — она смущена, немного нервничает и, возможно, готова сквозь землю провалиться от всей этой ситуации.
— Это было ошибкой, — выпалила она, избегая смотреть мне в глаза. — Давай просто об этом забудем.
— Нихрена подобного, — я нахмурился. — Никакая это не ошибка.
Алиса сцепила руки в замок и выдохнула.
— Этого не должно было случиться. Это неправильно и в этом мы оба согласны.
— Это было неправильным, но теперь это не так, — я подошел к ней, желая коснуться, но Алиса отступила и уперлась в дверь. — Это самое настоящее, что могло со мной случиться. Самое… нужное.
Алиса снизу вверх смотрела на меня, своими широко распахнутыми глазами. Она была такой красивой, немного напуганной, но такой моей. Я не мог даже разозлиться на нее за то, что она допускала даже мысль о том, что то, что наш поцелуй — ошибка. Потому что знал ее много лет. Когда она напугана, она всегда убегает. Но в этот раз не сработает. Я не допущу этого. Если она захочет убегать, я буду следовать за ней.
— Пожалуйста, давай забудем? — ее голос немного дрожит. — Я чувствую себя ужасно. У тебя есть девушка и я не хотела бы оказаться на ее месте, поэтому…
— У меня нет девушки, Плакса, — я коснулся ее скулы большим пальцем.
— Но Марина… — нахмурилась Алиса.
— Мы расстались, — я провел большим пальцем по ее переносице, разглаживая морщинки. — У тебя нет повода чувствовать себя ужасно.
Алиса не отрывала взгляд с моего лица, словно искала признаки того, что я могу лгать ей. Но этого никогда не было и никогда не будет. Прямо в эту секунду с был благодарен себе за то, что не стал продолжать отношения с Мариной. Если бы я поцеловал Алису, находясь в отношениях, у меня не было бы ни единого шанса быть с ней.
— Я встречалась с твоим братом, — руки Алисы блуждали по краю ее кофты, оттягивая вниз.
— Да, и я до сих пор не понимаю, как тебя угораздило так вляпаться, — я усмехнулся и взял ее руки в вои, переплетая наши пальцы.
Дрожь побежала по мне, когда я ощутил тепло ее ладоней на своей коже. Я лишь хотел, чтобы она перестала нервничать и оставила попытки найти повод назвать наш поцелуй ошибкой.
— Ты лучший друг моего брата, — она попыталась вырвать свою руку из моих, но попытка была слишком вялой.
— Надеюсь, им и останусь, — я наклонился к ее лицу, прижимая наши сплетенные руки к своей груди. — Алиса, перестань искать причины забыть о поцелуе, потому что я тебе этого не позволю.
Я чувствовал, как под моими пальцами порхает ее пульс на запястье. Совсем как мой. Не смотря на то, что она говорила, я чувствовал, видел в ее глазах то же, что и в самом себе.
— Я хочу, чтобы ты знала, как для меня этот момент был важен. Как долго я думал о том, что хочу тебя поцеловать. Во мне было не меньше сомнений, чем в тебе, но они все оказались несуществующими, как только твои губы коснулись моих, — я был с ней предельно честен. Потому что знал, что этого она от меня хочет. И потому что надеялся, что моя смелость говорить об этом подтолкнет и ее к тому же. — Ты давно поселилась в моей голове и я устал с этим бороться.
Плакса продолжала молчать и смотреть на меня. Было немного непривычно, что мы с ней не пытаемся укусить друг друга, после того, как столько лет только этим и занимались. И я любил с ней переругиваться, но прямо сейчас я хотел не сражаться с ней, а целовать. Склонив голову еще ниже, мои губы почти коснулись ее, когда она прошептала: