Я хотела, чтобы Леша знал, что я к нему чувствую. Что люблю его. Но пока у меня есть от него секрет, я не могла. Это не честно.
— Мне выключить свет или оставить включенным?
— Выключай.
Я подвинулась как можно ближе к краю кровати. Выключатель щелкнул и комната погрузилась во мрак. Первые несколько секунд я не видела ничего, а затем, когда глаза немного привыкли, мне удалось разглядеть очертания вещей в комнате и Леши. Он в нерешительности застыл перед кроватью.
— Что-то не так? — даже не знаю почему я начала шептать.
— Могу я снять пижамные штаны?
— Конечно.
Леша стянул с себя пижамные штаны и я почувствовала, как кровать прогибается, когда он на нее опустился. Я старалась не думать о том, что мы вдвоем под одним одеялом с минимальным количеством одежды.
На мне была моя пижама для сна: обычные короткие шорты и футболка с лицом панды. На Леше же и вовсе одни лишь боксеры. Я почувствовала, как жар прилил к моим щекам.
Я легла на спину, скрестив руки у себя на груди, чтобы случайно не прикоснуться к Леше. В темноте все ощущения обострились в несколько раз и я ощущала его присутствие каждой клеточкой.
Мы неподвижно лежали рядом, стараясь не коснуться друг друга. Я слышала тяжелое дыхание справа от себя, которое в унисон звучало с моим. Сгорая от неловкости и пикантности ситуации, я пыталась понять, что мне делать. Может, повернуться к нему спиной? Или, наоборот, лицом в его сторону? Но вместо этого я лежала на спине, застыв как изваяние. Даже дышать старалась медленно и тихо.
Я не знаю, сколько прошло времени, думаю, пару минут, хотя казалось, что они тянуться целую вечность, прежде, чем кровать рядом прогнулась и сильная мужская рука уверенным рывком притянула меня к своей груди.
— Еще секунда этого напряжения и мой мозг взорвался бы, — как ни в чем не бывало, заявил Алексей.
Но, все о чем я могла думать: КАК МНОГО ЧУЖОЙ ГОЛОЙ КОЖИ. Жар от места, соприкасались наши тела, пополз вверх по моим щиколоткам, огибая колени, бедра и теплыми искрами рассыпаясь по позвоночнику и внизу живота. Это было такое новое и невероятно приятное для меня чувство, что я на какой-то миг перестала дышать, наслаждаясь этим моментом. Жар стремился полностью завладеть моим тело, ускоряя ритм сердца, когда добрался до груди, сбив дыхание, когда обласкивал шею и осел на щеках непослушным румянцем.
— Алиса, я тебя напугал? — мозолистые кончики пальцев аккуратно выводили круги на моем плече в успокаивающем жесте.
Я забыла о том, что мы находимся в кромешной темноте и вместо внятного ответа лишь глупо кивнула. Находясь во власти разгорающегося огня внутри меня, язык совсем не желал слушаться.
— Лисичка, если ты пытаешься притвориться мертвой, то не выйдет — я слышу твое тяжелое дыхание.
Не смотря на чувство неловкости, мне было так приятно лежать на теплой твердой груди, чувствовать, как чужие пальцы гладят мое плечо и как тепло рядом с Лешей. Его сердце под моей щекой не уступало в ритме моему собственному. Они не бились в унисон, как это обычно бывает в самых красивых книгах про любовь, но их стук дополнял друг друга. Когда мое сердце замирало на несколько мили секунд, Лешино сердце подхватывало ритм и так снова и снова.
Именно в этот момент я осознала, что и наши отношения с Лешей такие же. Мы не стремимся все делать вместе, заниматься одинаковыми делами, любить одни и те же вещи. Вовсе нет. Мы совсем разные. Но мы дополняем друг друга там, где это нужно. Поддерживаем, когда это важно. И в этом и есть ценность того, что между нами. Это ощущается, как любовь.
— Я тебя напугал? — снова раздался в темноте голос Леши.
— Нет, — осмелившись, я пошевелилась и удобнее устроилась в объятиях Леши. — Это просто было неожиданно.
Пальцы, выводившие узоры на плече, переместились на шею, и начали перебирать пряди у лица. Приятно. Дрожь пробежала по моему телу и я неосознанно подалась еще ближе к Леше, сплетаясь с ним ногами.
— Господи, какая ты горячая.
Фраза вышла двусмысленной. И не смотря на то, что смущение затопило меня с головой и я наверняка была красная, как помидор, я пыталась его скрыть так, как умела — за подшучиванием.
— Долго же до тебя доходило.
Грудная клетка под моим ухом завибрировала и я услышала легкий смех моего парня. Почему-то в темноте комнаты он казался более хриплым и глубоким, чем обычно.
— Ты слишком дерзкая для человека, который несколько минут назад от смущения не мог даже и пары слов связать.