И, хоть сам новый праздник наступит лишь завтра, я с уверенностью могла сказать, что в этом году он один из лучших в моей жизни. Уступая лишь тому, когда мы отмечали его последний раз здесь же вместе с бабушкой и дедушкой.
— Может, пойдем спать? — зевая, предложил Андрей.
— Кэп, ты весь день продрых. Сколько можно? — хлопнул его по плечу Шлепанцев.
— О чем ты?
— Саня сказала, что ты спишь, поэтому не помогаешь нам с уборкой.
Андрей окинул взглядом свою девушку на что Саша опустила глаза в пол и ее светлые волосы, словно штора, отгородили ее от взглядов.
— Детка, зачем ты так сказала?
— Когда я уходила из комнаты — ты спал.
— Точно, — Андрей кивнул. — Но я плох во всех этих домашних делах. Поэтому решил не путаться у вас под ногами.
Леша повернул голову в сторону Андрея и нахмурился.
— Это самая херовая отмаза, которую я слышал, — заявил Марик.
Ставлю на то, что Марик выразил мысли каждого из присутствующих в этой комнате. Но Андрей пропустил это мимо ушей. Встав с пола, он протянул Саше руку и буквально утащил ее наверх, на прощание пожелав всем спокойной ночи.
Он и раньше был немногословным парнем и я изначально думала о том, что они с Сашей здорово друг другу подходят. Ее экстравертные черты характера дополняют его интровертные, создавая идеальную комбинацию. Возможно, я ошибалась и все, что казалось мне идеальным, вблизи таким уже не кажется.
— Может, тоже пойдем наверх? — глядя на меня снизу вверх, спросил Леша.
Я перевела взгляд на ребят, но они не обращали на нас никакого внимания. За исключением Марика, который сгримасничал. Я улыбнулась и, дотянувшись до него, отвесила легкий подзатыльник, так, для профилактики. Брат закатил глаза, а я улыбнулась.
— Да, пойдем, — я взяла протянутую руку Леши и встала с дивана. — Всем спокойной ночи.
— Спокойной, — Лида улыбнулась и откинула голову на плечо своего брата. — Спите сладко.
Я не стала заострять внимание на том, что она вложила в эту фразу скрытый смысл. Попрощавшись со всеми, мы поднялись в нашу комнату. Как только дверь в спальню за нами закрылась, Леша прижал меня к своей груди и уперся подбородком в мое плечо.
— Наконец мы одни. Я соскучился.
— Мы, буквально, весь день провели вместе, — улыбка приклеилась к моему лицу от этих слов.
— Ты на кухне, а я где угодно, только не там.
— Ты заглядывал ко мне каждый пять минут.
— Вообще-то, каждые десять, — поправил он меня и оставил легкий поцелуй на моем плече. — Иногда даже дольше, потому что Гадюка следила за каждым моим шагом.
— Не называй Сашу так, — я шлепнула его по рукам, скрестившимся на моем животе.
Еще один поцелуй коснулся меня в районе ключицы и я откинула голову назад, наслаждаясь лаской.
— Только потому что ты попросила.
Я развернулась в кольце его рук. Лунный свет пробивавшийся сквозь окно, блестел в голубых глазах Леши и я залюбовалась им. Провела кончиками пальцев по острым скулам, очертила контур губ, а затем зарылась пальцами в волосы, притягивая его лицо ближе к моему. Кончики наших носов соприкасались, а дыхание слилось в единое. Мой выдох — его вдох.
Сегодня я не чувствовала никакого волнения, находясь во мраке комнаты вместе с Лешей. Сердце размеренно стучало в груди, никак не реагируя на нашу близость. Я знала, что в безопасности рядом с Лешей. А спать вместе оказалось очень приятно. Я заснула под тихий голос Леши, а проснулась, прижавшись спиной к его спине. Не так романтично, как в фильмах, где герои переплетены друг с другом всеми своими конечностями. Я всегда считала это жутко неудобным и не понимала, как можно выспаться в таком положении, ведь у каждого человека свой биоритм. Но, я слукавлю, если скажу, что не хотела бы попробовать так уснуть и проснуться. Это кажется довольно милым и романтичным.
— Прости меня, — гладя меня по щеке, сказал вдруг Леша.
Я нахмурилась.
— За что?
Он вздохнул и уже две руки гладили меня по щекам. Чуть надавив на затылок, чтобы я вскинула голову, Леша аккуратно погладил внешние уголки моих глаз.
— За то, что сказал о твоих глазах. Что они цвета грязи.
Я поморщилась. Это был один из тех наших общих моментов, который сделал по-настоящему больно.
— Это было очень давно и между нами были другие отношения.
— Дело не в этом. Я солгал. Я всегда любил твои глаза. Мне нравится, что они меняют цвет в зависимости от твоего настроения. Если ты счастлива, то твоя радужка будто затягивается легкой дымкой, а когда злишься, твой взгляд тяжелеет, а глаза превращаются в две грозовые тучи, готовые метать молнии. Я люблю твои глаза. Они уникальны. Как и ты. Прости меня.