— Да, — Марик как-то странно на меня посмотрел. — Может, ты лучше сама это сделаешь?
Я покачала головой.
— Не могу.
— Ты же сказала, что вы во всем разобрались.
— Сказала.
— И?
— И все.
— Что это значит?
Я заклеила коробку и поставила рядом с другими.
— Вы расстались или нет? — продолжал спрашивать Марик.
— Наверное, нет. Не знаю, можно ли это назвать расставанием.
— Что «это»?
Я встала с пола и подошла к окну, обхватив себя руками за плечи.
— Леше нужно время, чтобы разобраться со своими чувствами.
— В каком смысле? — Марик подошел ко мне и, аккуратно взяв за плечи, развернул к себе лицом.
— В прямом. Эта статья сильно по нему ударила, я обманула его доверие, возможность вернуться в профессиональный хоккей. Слишком много всего было для одного дня.
— Уже прошла неделя, как минимум.
— У каждого свой темп.
— Он нападающий, Лисси, а им непростительны заминки. Секунду повозил шайбу и все, считай, профукал ее.
— Жизнь — не хоккей, — возразила я, закатив глаза.
— Только не для хоккеиста. Какой игрок на льду, таким он и должен быть в жизни. Если он сомневается, вместо того, чтобы действовать, то нехрен ему тогда делать в профессиональном клубе. Пусть дальше катается в своей любительской команде и наматывает сопли на клюшку.
— Не говори так, — я ткнула брата кулаком в плечо. — Он твой друг.
— Да, и именно поэтому я ему это повторю слово в слово, — Марк убрал мою руку от своего плеча и обнял меня, положив подбородок на мою макушку. — Я люблю тебя, Лисси. И если Лис не может любить тебя так, как ты того заслуживаешь, то пошел он.
Я вздохнула. Неделю назад, когда я призналась Леше в любви, от него я не услышала этих трех слов. И я солгу, если скажу, что признаваться любимому человеку в любви, а в ответ ничего не услышать было совсем не больно.
Ждать от него этих слов было бы глупо, когда он прямым текстом сказала о том, что ему нужно разобраться в своих чувствах. И, хоть это не похоже на полноценное расставание, сейчас я проживала именно его.
С каждым днем, что мы не общались, надежда, что все наладиться, угасала, как падающая звезда. А я… Я просто привыкала к мысли о том, что это конец. Что нас больше нет. Но мне не в чем было себя упрекнуть. Я сделала все что могла. Теперь ход оставался за Лешей.
— Спасибо, — я вздохнула. — Ты скоро уходишь?
— Да, сейчас соберусь и пойду, — Марик взял меня за плечи и сделал шаг назад, прерывая объятия. — Встретимся в баре в шесть?
— Угу, — мой взгляд упал на джерси и я, подняв ее, протянула брату. — Отдай ее Леше.
Марик кивнул и взял вещь из моих рук. Несколько секунд он вглядывался в мои глаза, а затем взъерошил мои волосы и пошел собираться на встречу с Лешей. Которому я так и не сказала, что мы уезжаем. Не хотела, чтобы это как-то повлияло на его решения.
Через полчаса Марик ушел на встречу с Лешей, а я, проводив его, принялась сама собираться в бар, на встречу с друзьями.
Так странно. Всего полгода назад эти люди для меня были чужими и я ни к кому, кроме своей семьи, не была привязана. А потом я разрешила себе впустить в свою жизнь новых людей. Без каких либо ожиданий и представлений. И вот они стали тем самым близким костяком людей, которых я могу называть своими друзьями. Как, оказывается, просто находить то, что заберет часть твоего сердца. Нужно просто позволить себе пробовать что-то новое. И это работает не только с людьми. А со всем, что только возможно придумать.
Я посмотрела на себя в зеркало. Визуально я совсем не изменилась: все то же овальное лицо с аккуратным носиком и розовыми щеками, делающими меня похожей на шестнадцатилетнего подростка. Вот только взгляд, когда-то нелюбимых мною серых глаз, стал увереннее. Теперь я понимаю чего хочу от жизни, от себя. У меня есть цель: получить лингвистическое образование и развиваться в этом направлении. Я улыбнулась своему отражению. Это будет не просто, но я обязательно справлюсь.
Марк
Я не собирался влезать в личную жизнь своей сестры и лучшего друга. Приехав на встречу с Лисом, я был уверен, что ни слова не скажу о том, что Лисси уезжает из города, как и вся моя семья. Но увидев кислую рожу Лисовского, сразу понял, что не смогу оставаться в стороне.
Кто-то должен поджечь фитилек, чтобы салют бахнул. И этим кем-то буду я.
— Здорово, — я протянул другу руку и тот пожал ее. — Давно ждешь?
— Нет, только приехал.
Я кивнул и сел за столик напротив.
— Заказывал что-нибудь?
— Только два стакана сока. Я не голоден, а ты себе можешь заказать. Позвать официанта?