— Именно так, — Алексей прервал наш зрительный контакт, чтобы достать кружки. — Какой чай ты будешь?
— Зеленый.
Наверное, я не должна была удивиться тому, что Алексей не пользуется деньгами отца. Из того, что я увидела и услышала в последнее время, его отношения с семьей были, мягко говоря, сложными. Но я и подумать не могла, что он настолько лишний в своей семье, что его лишат всех привилегий его же фамилии. Это неправильно.
— Но, почему ты отказался от семейных денег?
Знаю, я лезла не в свое дело.
— Слишком много «почему», плакса.
Я чувствовала, что он снова закрывается от меня. Возводит ту стену, которую, как мне казалось, мы преодолели за эти месяцы.
— Как и всегда, — я пожала плечами и слегка улыбнулась, пытаясь вернуть его ко мне. — Так что?
Он проследил взглядом за Греем, который, доев свой корм, запрыгнул на диван рядом со мной. Но, не прикасаясь ко мне. Какое-то время Алексей молчал, словно раздумывая, стоит ли мне отвечать.
— Я лишился этой привилегии, когда выбрал хоккей, а не бизнес отца.
Он достал небольшой поднос, куда поставил две чашки с чаем и вазочку с конфетами. Я видела, что он был напряжен, когда поставил поднос на небольшой журнальный столик, а сам сел рядом с Греем, машинально погладив того по макушке. У меня была тысяча вопросов, но я понимала, что сейчас Алексей мне на них не ответит. Скорее, он включит злого буку и мы, с вероятностью 99,9 % поругаемся.
— Отлично, не представляю, чтобы ты, весь из себя такой в костюме-тройке сидел в офисе и копался в бумагах. Жуть.
Кажется то, что я свела этот разговор к шутке, Алексею позволило выдохнуть. Его плечи расслабились, он взял свою чашку с чаем и прижался спиной к изголовью дивана.
— Зря, — он ухмыльнулся и сделал глоток чая. — Я отлично смотрюсь в костюмах. Держу пари, ты бы не смогла уснуть, не думая обо мне.
Я почувствовала, как тепло разливается по моим щекам, наверняка, делая их нежно розовыми от смущения.
— Конечно, — я взяла чашку, делая глоток чая, чтобы спрятать пылающие щеки. — Покажи мне человека, который может уснуть от кошмаров.
Широкая улыбка окрасило его красивое лицо. Мое сердце споткнулось от этого зрелища.
— Поверь, плакса, то, что ты бы чувствовала, не имеет ничего общего с кошмарами.
Я чуть не подавилась чаем. Либо я сама себе сейчас тресну ментального подзатыльника за эти мысли, либо Алексей действительно флиртует со мной. Боже, это вообще реально? Я аккуратно прикусила губу, чтобы почувствовать, что это не сон. Во сне же не чувствуется боль, да?
Возможно, это не сон. А я просто сошла с ума, если даже подумала о таком. Не могу же я его спросить об этом? Или могу? От волнения мои ладошки вспотели и я вернула чашку на поднос, чтобы случайно не выронить ее.
— Очевидно, у нас разные понятия о кошмарах, — я нервно улыбнулась. — Для меня любой сон с тобой — кошмар.
— Говори это себе почаще и, возможно, поверишь в это, — его голубые глаза встретились с моими серыми.
Словно ясное небо встретилось с дождем. Молния. Вот, чего не хватает, когда комната начинает гудеть от напряжения между нами. Грей, словно уловив его тоже, поднял голову со своих лап и уставился на меня своими черными глазами-пуговками, словно спрашивая, что тут происходит. Я первой отвела взгляд.
— Может у тебя есть какая-нибудь старая одежда для меня? — я прочистила горло. — В моей не очень удобно.
Алексей пару раз растерянно моргнул, а затем встал с дивана.
— Конечно.
Он вышел из гостиной и Грей, словно приклеенный, спрыгнул с дивана и побежал за ним. Не зная, чем себя занять и, как унять разбушевавшееся сердце, я взяла из вазочки конфету и закинула себе в рот. Грильяжная. Одна из моих любимых видов конфет. Я взяла еще одну. К тому моменту, как вернулся Алексей, я сидела с набитым ртом, пытаясь прожевать конфеты.
— Джерси и тренировочные шорты подойдут? — спросил он, стоя у входа в комнату.
Говорить с набитым ртом, я не могла, поэтому просто кивнула.
— Я подожду в другой комнате, пока ты будешь переодеваться, — он оставил вещи на диване и выжидающе посмотрел на меня.
Ответить я ничего не могла, чтобы не подавиться конфетой, поэтому снова кивнула.
— Не знаю, зачем ты запихала в себя несколько конфет одновременно, но, уверяю, отбирать у тебя их я не собирался, — губы Алексея растянулись в улыбке.
Раз уж он все понял, я принялась активно работать челюстями, чтобы быстрее прожевать конфеты, параллельно тыча ему в лицо среднем пальцем. Покачав головой, не стирая с лица эту его дурацкую улыбочку, он вышел из комнаты, оставив меня одну. Не теряя времени, я быстренько выбралась из своих вещей и надела на себя вещи Алексея.