— Так что, кто она, Лис?
— Я уже все сказал, — я закинул в сумку последние вещи и застегнул. — Увидимся на следующей тренировке.
Я вышел из раздевалки, пытаясь справиться с клокочущим раздражением. Я знал, что мои товарищи по команде могли быть придурками, но злился не на них, а на себя. Если бы я только имел право называть Алису своей, у них даже не возникло бы мысли о том, чтобы спросить, кто она для меня. Мне не нужно было бы говорить, что она сестра моего лучшего друга. Она больше, чем это.
Прежде, чем выйти в холл, я завернул в кабинет Риммы Игоревны и, без стука, вошел. Женщина сидела за своим столом и что-то изучала в документах, но услышав хлопок двери, посмотрела в мою сторону.
— Вас не учили стучать, молодой человек? — нахмурив брови, спросила она.
Мальчик, что сидел возле нее и, судя по всему, делал домашнее задание, даже не посмотрел в мою сторону.
— Вы заплатите Алисе за первый урок, — я не собирался тратить на разговор с этой женщиной дольше минуты.
— Прошу прощения?
— Вы меня слышали. Это вам нужна Алиса, а не вы ей. Занятия с вашим ребенком — не благотворительность, а работа.
Женщина прищурилась и окинула меня недовольным взглядом.
— Бесплатный пробный урок — обычное дело.
— Да, если есть из чего выбирать. У вас его не было, раз вы отчаялись настолько, что пришли за помощью к хоккеисту. Мы оба это знаем, — женщина хотела что-то сказать, но я продолжил. — В следующий раз вы заплатите Алисе за два занятия. Всего доброго.
Алиса была доброй и у нее было супер способность — обесценивать себя. Я не сомневался в том, что она может сама за себя постоять, но я хотел справедливости в этом. У Риммы Игоревны явно деловая хватка и она может применять ее в своей работе, но не с Алисой.
— Едем? — спросил я ее, когда подошел к диванчику, на котором Алиса меня ждала.
— Ты быстро, — поднявшись с дивана, она почти вплотную оказалась ко мне. Ее медовый аромат коснулся моих легких и сердце, словно получив дозу энергии, увеличило свой ритм. — Ты не принимал душ?
— Не захотел заставлять тебя ждать, — не успев подумать, что делаю, я взял ее за руку и потащил к выходу.
Ее холодные пальцы нерешительно сомкнулись вокруг моих и я понял, что пропал. Ничего в мире не чувствовалась более правильно, чем ее маленькая ладошка в моей. Ничего больше я так не хотел, как держать ее руку в своей.
— Тебе не стоило обо мне беспокоиться. Я бы ждала тебя, сколько требуется.
— Я знаю, плакса, — я уверенно вел нас через парковку к моей машине. — Но я не хотел, чтобы ты меня ждала.
Мы говорили о душе, но каким-то образом мои мысли переместились в ту часть, где Алиса ждет меня, пока я разберусь со всем дерьмом в своей жизни. Если бы она чувствовала ко мне что-то большее, чем неприязнь, если бы она меня любила, она бы ждала. Я это знаю. Я видел всю свою жизнь, как она умеет любить и пойдет на что угодно ради близких людей. Только я не был одним из этих людей.
Конечно, в последнее время мы стали ладить лучше. Мы уже не ссоримся, как только я открываю рот, но я все еще чувствую, что ее неприязнь ко мне где-то осталась. И она полностью оправдана. Я изводил ее весь подростковый период своим поведением и словами.
— Как прошла тренировка? — как только мы забрались в салон автомобиля, спросила Алиса.
— Как всегда, — я пожал плечами. — А как твое занятие?
— Хорошо. Мне понравился мальчик и, кажется, я действительно смогу помочь ему с английским. Всего лишь нужно подтянуть транскрипции. Думаю, это не займет много времени. К новому году он уже будет отлично читать.
Новый год наступит через месяц. Я посмотрел на Алису. Наш разговор о том, как отмечать Новый Год, крутился у меня в голове и я хотел, чтобы она не уехала с мамой в Москву, а осталась здесь — отмечать со мной. Когда я это предлагал, я не думал, что она согласится. Но, когда она сказала, что была бы рада отметить его со мной, радость затопила меня. На краткий миг я подумал, что, возможно, она испытывает ко мне тоже, что и я. Но это было невозможно.
— Можно я включу музыку? — глядя на меня своими серыми глазами, спросила Алиса.