— Лис, ты направляющий, погнали, — скомандовал Пашка.
Повинуясь нашему капитану, я начал проводить заминку. Не переставая все это время видеть пустое место, где обычно сидела Плакса. Она так и не пришла.
Как только мы вышли со льда, я сразу же направился в кабинет директора, где Плакса обычно проводила свои занятия. Но дойти не успел.
— Где Алиса? — спросил я у Риммы Игоревны.
— Вас, хоккеистов, вежливости совсем не учат?
— Нет, — с этой женщиной я быть вежливым не собирался. — Где Алиса?
— Я видела ее в холле.
Я направился в сторону холла, снимаю на ходу коньки, так как дальше специального покрытия не было.
— Хамло, — крикнула мне в след Римма Игоревна, но мне было все равно.
Шлепая мокрыми носками, я, наверняка, оставлял за собой следы, но мне было плевать. Я завернул за угол и замер. Плакса выходила из Ледового под ручку с моим братцем-идиотом. Видя, как она повисла у него на руке, стремительно покидая здание, я пришел в ярость.
Адреналин, разогнавшийся по венам после тренировки, шептал пойти за ними и дать в морду Ивану-дураку, забрать Алису и больше никогда не подпускать его к ней. Пелена гнева и ревности заволокла мое сознание, отдавай пульсацией в висок. Пальцы сжались в кулак и я сделал шаг вперед, когда крепкая рука сжала мое предплечье.
— Это того не стоит, — сказал знакомый голос. — Тебе нужно успокоиться, иначе это кончиться плохо. Для тебя.
— Она того стоит.
— Я не сомневаюсь, — сказал капитан. — Но если ты сейчас пойдешь за ними, то ничего хорошего из этого не выйдет. Для начала остынь.
Я перевел взгляд на дверь, где через стекло видел, как Плакса, все также держа под локоть самого ненавистного мне человека, уходила из Ледового. Уходила от меня.
— Пойдем, у нас не так много времени на то, чтобы переодеться, — Пашка похлопал меня по плечу и, сжав его, пытался меня развернуть.
Как только они скрылись из моего вида, я повернулся и зашагал в сторону раздевалки. И уже только, когда я оказался у своего места, увидел, что Кэп, как и я, снял свои коньки и пошел следом за мной. Не знаю, что им двигало: любопытство или чуйка, что он будет нужен. Но хорошо, что он оказался там. Наши взгляды пересеклись и я кивнул.
Я не был вспыльчивым человеком. Точнее так, я умел контролировать свои чувства. Даже Ивану-дураку на удавалось вывести меня из себя, что его бесило.
Но, видеть, как он прикасается к Плаксе. Что он снова завладел ее вниманием. Дышит рядом с ней. Что он снова может забрать ее себе. Тогда, когда я только сейчас признался себе в том, что она для меня значит.
Я переодевался со скоростью света. Парни обсуждали тренировку, но мне не было до этого никакого дела.
— Парни, задержитесь, нам нужно обсудить предстоящую игру, — сказал Пашка, когда я был готов к тому, чтобы выйти. — Это не займет много времени.
— Мне нужно идти, — сказал я.
— Это не займет много времени.
Наши взгляды скрестились, как мечи. Пашка знал, почему я хотел убраться отсюда поскорее.
— Да ладно тебе, Лис, это же ненадолго, — хлопнул меня по плечу Ян.
— Если ты будешь держать рот на замке, это закончиться еще быстрее, — подколол его Серега.
Парни дружно загалдели, а Ян показал ему средний палец.
— Всего 5 минут, — повторил капитан.
И я бросил сумку на скамью.
— Всего 5 минут.
Я мчался по заснеженной дороге, не стесняясь выжимать педаль газа. Скорость не была опасной для меня, я полностью контролировал себя и дорогу. Но я ехал гораздо быстрее, чем позволял себе, когда рядом была плакса.
Когда я подъезжал к подъезду плаксы, мелодия раздалась из динамиков моего телефона и, увидев имя звонящего, мои брови поползли вверх. Я ответил на звонок и включил громкую связь.
— Добрый день, Анна Павловна.
— Здравствуй, сынок, — я поморщился, услышав, как меня назвала женщина. — Как твои дела?
— Спасибо, все хорошо.
Я заехал на парковку и, став на свободное место, заглушил двигатель.
— И у меня тоже все хорошо, — высоким голосом сказала женщина. — Что же ты в гости не заходишь?
Я уставился на экран телефона.
— Марина вам не сказала, что мы больше не вместе?
— Ах да, что-то такое припоминаю.
Я не понимал к чему весь этот спектакль, если женщина была в курсе, что мы с ее дочерью больше не в отношениях.
— Но это не значит, что мы не рады тебя видеть.
Я не знал, как мне на это реагировать. Я никогда не был близок с родителями Марины. Я с уважением к ним относился на общих встречах, но на этом все.