«Но разве она могла так правдиво играть, от чего я чувствовал себя самым счастливым мужчиной на земле? Разве она могла так искусно притворяться? Ведь я чувствовал, как ее лоно сжималось вокруг моего члена, знаменуя приход наслаждения, которое я ей дарил своими быстрыми и медленными толчками. Она так извивалась, прижималась ко мне, что сыграть такое не могла. Тогда почему она сбежала от всего этого? Если она меня не любила, то не могла бы такое вытворять со мною, позволять мне делать все те сладкие и восхитительные вещи с нею. А главное она не могла бы наслаждаться всем этим, ненавидя и презирая меня, а тем более боясь моих прикосновений. Наслаждение и ненависть не могут быть вместе. Или могут?»
Это противоречие завело его в глухой угол. Ведь он лучше всех знал, что такое возможно, потому что сам столь страстно желал и жутко ненавидел одновременно.
67
Кетрин не могла отделаться от чувства тревоги, которое появилось этим утром, крича ей, что что-то страшное должно было случиться в очень скором будущем. Возможно, даже и сегодня. Поэтому ей так не хотелось идти на этот обед в замок Бертольдшир, зная, что там находился человек, от которого можно было ожидать всего. И скорее всего именно от него ей надо было держаться подальше. Но сделать этого ей - не судилось, потому что он был племянником мужа ее тетушки, которую она хотела видеть. Ведь она уже давно ее не навещала, и поэтому по ней соскучилась. А больше всего ее тешило то, что она увидит Роберта, который поступил в услужение к Крекстонам. Кетрин не видела своего мальчика со вчерашнего утра. Он будет работать в замке пять дней в неделю и только на выходные возвращаться домой. Девушка не беспокоилась по поводу того, как к нему будут там относиться. Она знала, что с ним будут обходиться хорошо. Ведь тетушка Марджи в нем души не чаяла, считая его также как и ее, своим ребенком. И виконт Крекстон тоже будет относиться к Роберту хорошо, ведь он любил свою жену больше собственной жизни, поэтому не мог причинить вреда ее любимому племяннику, которого он также уже успел полюбить и считал также своим сыном.
И вот сейчас опять девушка с такой силой ощутила жуткую тревогу, что ноги стали ватными, и она еле не упала, если бы не стена, о которую она оперлась. Однако этого раза к волнению и страху примешалось также ощущения чего-то прекрасного и радостного, чего ей не надо было бояться, а наоборот желать всей душой и телом. Она не понимала, что это могло значить. Поэтому, как только она снова смогла стоять уверенно на своих двух, Кетрин двинулась дальше.
Роберта нигде не было видно. Он убежал от нее сразу, как только они вышли из гостиной. И ей пришлось следовать за ним, крича ему вдогонку поучительные слова. Так длилось до тех пор, пока она его не потеряла из виду. Ему удалось хорошенько спрятаться от нее.
- Вот пакостный мальчишка! Знает уже все входы и выходы в этом громадном замке.
Девушка боялась, что затеряется в Бертольдшире и встретит привидение покойного лорда Бьюкена, который уже столько лет беспокоит жителей крепости. Его дух никак не может успокоиться и примириться со своей смертью, поэтому бродит темными коридорами, пугая всех до смерти. Кетрин сама никогда не видела призрака покойного хозяина Стонгейвена, но слыхала о жутких историях, от которых кровь леденела.
- Сейчас день, трусиха, - стала она корить саму себя за трусость, унимая страх, от которого бегали мурашки по ее телу. – Привидения выходят из своих тайных укрытий только ночью.
Устав от поисков, миссис Стокми вышла через задние двери из крепости. Очутившись на свежем воздухе, она вдохнула глубоко, а потом выдохнула. Проделав так несколько раз, она ощутила себе бодрее и страх из-за возможной встречи с призраком прошел. Это случилось даже больше по той причине, что девушка уже пребывала за стенами замка. А ведь всем известно, что привидения снуют только в закрытых помещениях, в не их стенах они редко встречаются.
Кетрин решила немного остудить свою злость и обиду на сына за его плохое поведение среди гостей и за то, что он решил поиграть в прятки с нею.
Заснеженные деревья и кусты в саду, куда забрела девушка, были восхитительными. Она словно попала в сказку. На ярком солнце снег сиял и переливался серебром. Все дорожки были прочищены и девичьи ножки, в тоненьких ботиночках, самых лучших, что имелись у нее, ступали легко и свободно. Под ее ногами снег скрипел, погружая Кетрин в зимний рай. Забыв, что она искала сына, забыв, что она была уже совсем взрослой и женатой женщиной, девушка резвилась, словно юная девчонка, бегая по дорожкам от дерева к дереву, кружась от радости и умиротворения, которых она уже так давно не ощущала, наслаждаясь тишиной и зимней красотою. Где-то в ветвях пышных крон послышалось пение маленьких птичек, что заставило миссис Стокми остановиться на месте, услаждая свой слух райским пением птиц.