Анна проворно спустилась с дерева, переступая с ветки на ветку и, спрыгнув на мягкую травку, отряхнула юбку от налипших листьев. Они оставили неприятное ощущение на руках, так как исполин, похожий на дуб, оказался смолоносным. Пальцы тут же покрылись чёрными липкими следами.
Пробежав по небольшому саду к дому, я попала в небольшой холл. Просторный и уютный. На этот раз мне приходилось наблюдать со стороны, будто я лишь гостья в воспоминаниях или снах хозяйки тела. Поместье, а это было именно оно, оказалось средних размеров. В таком могли обитать зажиточные чиновники или мелкая знать. Ещё в саду мельком обратила внимание на само строение: двухэтажное с огромным портиком со стороны главного входа и красивыми балконами с другой стороны, выходящими в сад.
Внутри ко мне тут же подбежала девушка в белом переднике и принялась причитать что-то о том, как нам теперь отмывать смолу и успеем ли к ужину.
– Сама отмоюсь, не впервой, – махнула ручкой Анна и направилась куда-то вглубь поместья. Она прошла мимо столовой, в которой уже был накрыт богатый стол и бегали дети, а в мягком кресле сидела женщина с такими же, как у “меня”, как у меня, насыщенно-рыжими волосами.
“Должно быть, это её мама,” – подумала я, а девочка между тем только помахала ей рукой и, указав на чёрные пятна, кивнула куда-то в сторону. Видимо, дала понять родительнице, что помоет руки и придёт к столу. Отыскав помещение, служившее для гигиенических процедур, она достала из шкафчика какое-то приятно пахнущее масло, оттёрла им смолу и уже через каких-то десять минут сидела вместе со своими братом и двумя сёстрами, уплетая наивкуснейшее пюре с мясной подливой.
– А отец не придёт? – поинтересовалась Анна у матери, закончив ужин.
– Задержится, милая. Его срочно вызвали во дворец, – без тени беспокойства ответила ей зеленоглазая красавица в полном расцвете сил.
“Как же она похожа на ту Анну, что я видела в дворцовом зеркале! – подумала я. – Практически одно лицо! А братик-то не старший ребенок в семье,” – присмотрелась к наследнику рода. Пареньку было от силы лет шесть, а младшим девочкам и вовсе по три-четыре года.
– Приедет поздно. Давайте почитаем вечернюю сказку и по постелям, – поднимаясь из-за стола, предложила мама. В зал тут же набежали слуги, которые принялись убирать со стола и помогать младшим спуститься со стульчиков.
Затем была обещанная сказка, вечерний туалет и пожелания доброй ночи. Я будто попала в самый добрый и приятный сон. На душе было радостно и спокойно. Рядом была мама и всё было просто чудесно.
Ночью Анну, а вместе с ней и меня, разбудил непонятный шум. Она встала с постели и посмотрела в окно, а там…у чёрного входа стояла повозка. Не карета или дилижанс, а именно повозка: серая, накрытая холстиной, запряжённая всего одной лошадью. На козлах никого не было.
– Кто-то приехал, – прошептала девочка и опрометью бросилась на первый этаж, туда, где могли находиться нежданные гости.
Миновала обеденный зал и на цыпочках подкралась к библиотеке, которая по совместительству являлась кабинетом её отца. Это я узнала от слуг, подслушав их разговор перед сном.
– Это просто недопустимо. Во дворец нам нельзя, – говорил мужской голос. Незнакомый ни мне, ни Анне.
– Но у него жар! Что если на этот раз будет хуже? – а обладателя этого низкого и волевого тембра девочка узнала. Я почувствовала это по её реакции, такой же, как на маму. Видимо, говорил её отец.
– Если кто-то узнает, что это началось так рано, начнётся паника, – не сдавался невидимый собеседник родителя Анны. – Подождём, пока ему не станет лучше, и тут же уедем. Вернёмся в загородную резиденцию, скажем, что пареньку вздумалось погулять в лесу и он заблудился. Уж лучше пара дней в камере за недосмотр, нежели то, что может начаться, узнай они о проблеме.
Так как дальше подслушивать было нельзя, девочка всё так же тихо отошла от двери в библиотеку и хотела уже было вернуться к себе в спальню, как услышала какой-то шум в банной комнате. Создалось впечатление, что кто-то уронил металлический черпак. И конечно же любопытная Варвара, она же Сонька-золотая ручка, она же Анна решила проверить.
Как можно тише подойдя к двери в купальню, она её приоткрыла, но ничего подозрительного не заметила. Внутри стояла тишина, поэтому малышка смело вошла внутрь и осмотрелась. Обычно, если кто-то принимал ванну, для него ставили небольшую перегородку, на случай если кто-то войдёт. Но после вечерних процедур ширму перед большой медной ванной убрали и та осталась ничем не прикрыта.
– Ну наконец-то! Я уж думал, что меня тут умирать бросили. Всё прошло. Верните мне уже мою одежду и поехали домой, – спиной к Анне, абсолютно голый стоял мальчик примерно её возраста. Видимо, это у него был жар, и чтобы его сбить, паренька раздели и положили в холодную воду. Неясно только, почему никого не приставили присмотреть. Вдруг захлебнулся бы.
Дальше додумать не удалось, так как эмоции, захватившие девочку перекинулись на меня. Её сначала будто парализовало, а потом бросило в жар. А уж когда мальчик повернулся к ней…лицом, она и вовсе захотела провалиться сквозь землю. Немая сцена вышла знатная. Картина Репина “Не ждали”, так сказать.
Прежде чем Анна кинулась бежать, я успела заметить только как округлились и без того большие серые глаза мальчишки, а щёки его залил настолько густой румянец, что любой спелый томат обзавидовался бы.
– Маааааарлооооооооооу! – услышала я его крик у себя за спиной, уже минуя библиотеку отца Анны и подбегая к лестнице, ведущей на второй этаж.
Глава 6. Конфуз.
Сердце готово было выскочить из груди, во рту пересохло. Я прислонилась к двери своих покоев со внутренней стороны и надеялась, что вот сейчас меня опять куда-нибудь зашвырнёт и объясняться не придётся. Более того, я стала ощущать себя полной хозяйкой занимаемого мною тела. Теперь я уже не была свидетелем, наблюдавшим за действиями Анны со стороны, а стала с ней одним целым.
– Подружки-веснушки, что же делать-то? – в панике пролепетала я и услышала свой голос. – Ооой, плохо! Как плохо-то!
Осмотрелась. В детской комнате стояла кровать, тумба с зеркалом и стульчик, а также большой шкаф у стены. Больше не было ничего. Игрушки, видимо, Аннушка не жаловала или у неё их просто не было.
Стук в дверь не заставил себя ждать.
– Анна, я знаю, что ты здесь. Открой, пожалуйста, – раздался голос её отца. Он не был рассержен или взволнован. Просто просил, по-доброму, как всегда. Откуда я знала, что так было всегда? Просто знала и всё.
Так как прятаться от диала смысла не было, они видели и слышали лучше, чем любой смертный, я повернула ключ в замке и открыла дверь. На пороге стоял высокий крепкий мужчина в красном сюртуке и чёрных брюках. Совсем молодой, лет тридцати не больше. Он улыбнулся мне и кивнул так, будто просил разрешения войти.
Посторонившись, я не придумала ничего лучше, чем сесть на единственный имевшийся в моих покоях стул, так как ноги не держали, а упасть от стыда на колени мне совершенно не хотелось. Я, конечно, не Анна и меня не удивить анатомическими особенностями мальчиков, но меня так накрыло её эмоциями, что я никак не могла от них избавиться и успокоить взбесившееся сердце.
– Милая, – начал отец. – Как ты заметила, у нас гости. Незваные и неофициальные. Никто не должен узнать о том, что эти господа сегодня посещали наше поместье. Ты меня понимаешь?
“И всё? А как же отчитать меня за то, что я вломилась к ванную к бедолаге-пареньку и засмущала его до мозга костей? Да и сама чуть не померла от передоза гормонов…” – завопил мой внутренний голос.
– Да, отец, – только и смогла промямлить я.
– Вот и хорошо. А теперь…моя милая дикарка, – он подошёл ко мне и потрепал по волосам, которые огненной копной топорщились в разные стороны. – Давай спустимся вниз и проводим наших гостей. Так будет правильно, не находишь?