— Я же говорила, что у меня нехорошее предчувствие. — Мирта налила в чашку чай, не пролив при этом ни капельки, хотя хозяйка держала её навесу, причём не то чтобы ровно. - И как Его Величество мог Вам такого жениха выбрать!
— Подслушивала?
— Нет, у меня просто слух хороший.
— Ладно. — Ариана позавтракала, как птичка — а чем индюк не птица? — и стряхнула с груди крошки. — Одеваться, что ли? Во сколько свадьба?
— В полдень.
— Значит, на Грэе покататься точно не успею. Пойду хоть поздороваюсь.
— Не думаю, что это разумная идея.
— И что с того? — хмыкнула без пяти минут герцогиня.
— Ваша правда, - улыбнулась ей в ответ Мирта.
Свой дом Ариана обожала, считая его самым лучшим местом не только в королевстве, но и во всём мире, хотя путешествовать ей пока не доводилось. Но ничего, вот исполнится ей тридцать, перейдёт она официально в ранг пере-пере-перестарых дев, и можно будет спокойно покидать пределы родной страны. А пока неплохо и остаться в семейном гнезде Мунстоунов.
Чтобы лишний раз не нервировать леди Люсинду, Ариана спустилась по лестнице для слуг и выскочила из дома через чёрный ход. По пути поприветствовала кухарку Белинду и лично передала ей просьбу об ореховом пироге, переговорила со служанкой Ирмой, посоветовала той обратиться к лекарю со своей опухшей рукой и сказать тому, что так велела леди Ариана — тогда этот спесивый чурбан точно не откажет.
День обещал стать тёплым, на небе не притаилось ни облачка, и солнечные лучи беспрепятственно проникали на землю, чтобы обогреть её после почти целой недели дождей. Сочная трава за это время успела изрядно подрасти и теперь достигала колен рыжей бунтарки. Со смехом она внеслась на конюшню, расположенную достаточно далеко от дома — считалось, что чувствительным леди ржание лошадей и сильные ароматы доставляют неудобство.
— Леди Ариана! — ахнул молодой конюх, никак не ожидавший увидеть её здесь в день свадьбы.
— Доброе утро, Ник! — бросила ему госпожа, всё своё внимание сосредоточив на том, кто давно покорил её сердце. - Грэй! Мальчик мой, как ты тут?
Чёрный, лоснящийся жеребец, пугающий всех своим гигантским размером, заржал и затанцевал, узнав обожаемую хозяйку. Та подбежала к нему, он мгновенно успокоился, опустил голову и позволил Ариане прижаться лбом к его лбу.
— Леди Ариана, я как раз собирался дать ему побегать, — оправдывался конюх, стоя за её спиной.
— Я сама его выгуляю, — сообщила госпожа, гладя коня по шелковистой шкуре. Не обманывать же саму себя: какое там просто поздороваться!
— Но...
— Я быстро!
Отойдя на шаг от любимца, Ариана одним движением сняла с себя верхнее платье — не зря переоделась перед выходом, — и под ним оказалась свободная белая рубаха и - о ужас ужасный! — мужские тёмно-коричневые бриджи и грубые сапоги.
— Леди Ариана... — едва не хныкал Ник. — Меня накажут!
— Не накажут, если не узнают. — Она вывела из стойла Грэя, от нетерпения бьющего копытом. — Я до речки и обратно.
— Но, леди Ариана!
Однако та уже не слушала, она вела за собой коня, тот фыркал от удовольствия, и оба словно очутились в собственном, известном только им двоим мирке. Леди самостоятельно оседлала своего любимца, что для неё и только для неё не составило никакого труда, потому что гроза всего поместья Мунстоун ради своей рыжеволосой госпожи становился на колени. Остальные же вообще могли подобраться к строптивому жеребцу только, если тот был в хорошем настроении, что случалось в основном лишь после общения с леди Арианой. В общем, заколдованный круг.
С территории конюшни Грэй со своей наездницей выбирались почти крадучись, но как только они вырвались в чистое поле, сразу же пустились в галоп, дав волю общей страсти к скорости. По крайней мере, час Ариана спокойно могла себе позволить не возвращаться домой — останется достаточно времени, чтобы подготовиться к церемонии, и особенно с навыками Мирты.
Пользуясь пусть и давним, но всё же родством с нынешним королём, Мунстоуны устраивали свадьбы своих детей в своём же поместье. Выходило недёшево, зато на дорогу не нужно было тратить много времени. А если учесть и то, что младшенькую всё никак не удавалось «сбыть», то и вовсе все затраты окупались.
Тем более что традиционно большую часть расходов на себя брал жених.
— Грэй! Смотри, смотри, как сияет!
Вдали, сверкая искристыми переливами, показалась река. Рядом с поместьем она ужалась и мельчала, поэтому крестьянская ребятня обожала в ней купаться, и очень часто к ним присоединялась и рыжая ворона из рода Мунстоунов. Сегодня же никто из детишек не прельстился чудесной летней погодой — все были заняты встречей гостей. Выстроившись вдоль подъездной дороги с букетами полевых цветов в руках, они приветствовали вновь прибывших громкими криками. Чем не развлечение для детворы?