Это было правдой. Правдой было все это, но один факт сразил его с особенной силой.
– Я убил твою мать? – спросил он.
– Она была из первых мятежников, когда власть переходила к молодому королевичу. – Каждое слово летело в Абрахаса, точно ядовитое копье. – Она выступала вместе с эльфами и боролась с королем, пока их не поймали. Король решил устроить показательную расправу и всех повстанцев отдал тебе.
Абрахас уже забыл то время – оно прошло так давно. Мать Лорэлии могла быть одной из многих, убитых драконом в самом начале. Абрахас не помнил ее лица и жалел об этом. Когда погибшие исчислялись сотнями, их лица расплывались и мутнели в памяти.
– Она погибла от огня? – уточнил Абрахас. Он внезапно захотел узнать ответ на пугающий его вопрос. – Или от зубов?
– Разве это важно?
– Важно. – Это было важно только для души Абрахаса. Он не хотел признавать – но знать это ему было необходимо.
Лорэлия взглянула на него еще пристальнее, но расправила плечи и приготовилась снова встретиться с ужасами прошлого.
– Я стояла в толпе и смотрела, как мою мать привязывают к погребальному костру. Ты спустился с небес, словно демон из кошмаров смертного. Ты посмотрел моей матери в глаза и дохнул на нее пламенем. Но она не дрогнула. Мне даже нечего было забрать: ни костей, ни украшений, ни даже клочка одежды. Только пыль и прах.
От таких слов Абрахасу полегчало. Умиротворение прохладным ветерком хлынуло в душу, а тревога вытекла, точно слова Лорэлии были трещинами на его теле.
– Хорошо, – проговорил Абрахас, тяжело вздохнув. – Значит, она умерла благородной смертью.
Нет оскорбления сильнее, чем быть съеденным драконом. Это означало, что жертва годится только на еду. Абрахасу приходилось оказывать такие услуги королю, и каждая подобная гибель терзала его с особенной силой.
Раз он убил мать Лорэлии пламенем, значит, ее душа упокоилась с миром. Она заслужила такую смерть и наверняка понимала ее значение по старым порядкам. Абрахас на это надеялся.
Лицо Лорэлии стало белее мела.
– Хорошо? По-твоему, хорошо, что ты убил мою мать?
Абрахас покачал головой, стараясь подобрать подходящие слова.
– Нет! Нет, Лорэлия, послушай! У драконов особый способ отношений с предателями. Если бы я съел твою мать, это означало бы, что ее душа скитается. Очистившись огнем, она смыла все свои грехи. В загробную жизнь она вошла героем.
– Героем? Кого волнует, что она умерла героем? Она все равно умерла! – Лорэлия подняла руки, обратив к Абрахасу дрожащие ладони. – Абрахас, я не хочу больше об этом слышать! Не могу. Твои оправдания пусты и ничего не значат.
Лорэлия зашагала прочь от него – через лес, за пределы его видимости. Но Абрахас не мог ее отпустить. Она допустила ошибку. Так у нее не получится убить короля.
Абрахас бросился следом.
– Лорэлия, так нельзя!
– Абрахас, я сама решу, как мне поступать! – крикнула она через плечо. – Момент все равно упущен. Оставь меня в покое!
Угнаться за эльфийкой в лесу Абрахас не мог. Впрочем, он попробовал.
Абрахас бежал, пока не потерял из вида гибкую фигурку, из-под кожи которой мерцал лунный свет.
Глава 22
Лора
Злость, бурлящая в крови, мешала думать. Как Абрахас посмел сказать, что это хорошая гибель? Ее мать встретила благородную смерть, когда ей вообще не следовало умирать!
Теперь Лора понимала, в чем проблема драконов. Они видели мир исключительно в черно-белых тонах. Абрахас в принципе не мог ошибаться, ведь он всемогущий дракон, перед которым все пресмыкаются, ценя каждую секунду уделенного им времени.
Лора отмахнулась от мешающей ветки и зашагала через лес дальше. Замок оставался у нее за спиной, но когда-то ей придется вернуться. Король решит, что она сбежала, и в любом случае отправит за ней Рыцарей Умбры.
Если бы только она выпустила стрелу в спину королю, все бы уже закончилось. Она, Лорэлия, вполне могла погибнуть, ведь от Рыцарей так легко не спастись. Зато все бы уже закончилось.
И Лора была готова к такому концу.
В какой-то момент Лорэлия поняла, что деревья сбили ее с пути.
Деревья как-никак должны отличаться друг от друга. А перед ней были те же самые – вплоть до кривых корней – деревья, мимо которых она проходила совсем недавно.
Лора сбавила шаг, остановилась и повернулась вокруг своей оси, внимательно разглядывая окружающий пейзаж. Он был тем же самым, что и десять минут назад. В этом Лора не сомневалась.
Значит, кто-то наложил заклинание, чтобы остановить ее.
Король? Вполне вероятно. Замок могли заколдовать, чтобы невестам не удалось сбежать. Но в этой магии было что-то знакомое, и оно никак не оставляло Лору. Эта магия льнула к ней, как тень, и лес слишком охотно повиновался ее чарам. Значит, наложить ее мог лишь кто-то, с кем Лора уже сталкивалась.
– Боровой! – крикнула она. – Леший, я узнаю твою магию где угодно. Выходи и поговори со мной, вместо того чтобы заманивать меня в ловушку.
– Тогда прекрати убегать, – отозвался Боровой. Сами деревья разносили его слова гулким эхом. – Я пытаюсь помешать тебе уйти от своих обязанностей. Но выслеживать тебя, кроха, дело хлопотное.
– По-моему, я вынесла достаточно для того, чтобы меня так не называли, – прорычала Лора.
Деревья сгруппировались справа от нее. Лорэлия как раз успела повернуться и увидеть, как они образуют один перекрученный ствол. Они переплелись друг с другом как змеи, и скрученный ствол лопнул в центре, как это было с деревом, выбросившим ее на вечеринку короля.
Из тенистой бреши выступили две фигуры – бледный мужчина с длинными спутанными волосами и женщина, полностью одетая в кожу.
С лешим Лора могла бы справиться. Боровой, конечно, был назойливым старым перечником, но в логичности ему не откажешь. Он понимал, что король опасен и убить его будет очень сложно, как бы Лора ни старалась, сколь бы опытной она ни была. Только это ничего не значило для женщины, стоявшей рядом с Боровым.
Маргарет скрестила руки на груди и оглядела Лору.
– И что ты тут вытворяешь?
Лора отказывалась сдаваться. Ее грудь судорожно вздымалась.
– Спасаюсь от дракона. А он, очевидно, тот самый человек, которого я пыталась вовлечь в свой план. Почему ты не предупредила, что дракон способен менять обличье? Он смертный, Маргарет, и потворствует королю.
– Я думала, каждому известно, что дракон – личный охранник короля.
– Никому не известно, что он еще и человек! – Лора вскинула руки вверх, раздраженная тем, что Маргарет в принципе могла такое сказать. – Маргарет, ты смеешься надо мной! Дракон способен перевоплощаться в человека. Он ходит за королем по пятам. Ты, не предупредив, отправила меня на битву с могущественнейшим из магических существ.
– Ты говорила, что вы теперь заодно, – возразила Маргарет. – Если ты подчинила дракона, то к устранению короля мы ближе, чем ты хочешь признавать.
У Лоры отвисла челюсть. Она даже думать не желала о том, что Абрахас может снова стать ее сообщником. Она поцеловала убийцу своей матери. Он казался забавным и умным – такой вполне мог ей понравиться.
Кто-кто, а Маргарет должна была это понимать. Когда-то давно они с Лориной матерью были подругами. Они вместе бегали по лесам еще до того, как король и смертные разрушили этот мир. Гибель Лориной матери должна была стать для Маргарет сильным ударом. Но, видимо, не стала, если она предложила дочь лучшей подруги убийце, разрушившему семью, частью которой сама когда-то была. Ради выполнения миссии Маргарет не остановится не перед чем.
– Я не могу, – прошептала Лора. – Не могу смотреть ему в глаза, не могу действовать с ним заодно, зная, что он натворил. Моя душа требует мести за мать, которая могла бы еще жить и жить. За тысячи душ, которые встретили преждевременную смерть, потому что он по-собачьи исполняет королевские приказы.