– Знать я не могла, но надеялась, что вы увидите, чего я стою.
Дерзости этой девице было не занимать. Она взяла руку короля, перевернула ее ладонью вверх и поцеловала. Поцелуй получился затянутым. Кажется, она даже коснулась его языком.
Очевидно, блондинка решила действовать как можно увереннее. Единственная проблема состояла в том, что Абрахас точно не знал, кто она такая. Да, она была красива и не скрывала своих намерений, но откуда она и для чего она здесь?
Когда девушка удалилась, Абрахас подался вперед и шепотом спросил:
– Как ее зовут?
– Понятия не имею. – Зандер улыбнулся, буравя взглядом зад девушки. – Но собираюсь выяснить. Спроси для меня у Агаты, ладно? Когда уединюсь с этой прелестницей, хочу быть уверенным, что она, ну… станет слушаться.
Ничего отвратительнее Абрахас за целый день не слышал. Он кивнул и отодвинулся от короля как можно дальше.
К Зандеру подошли другие девушки. Но большинству из них не досталось ничего, даже отдаленно напоминающего настоящие сокровища. Многие принесли монеты. Кое-кто – самоцветы и кристаллы, показавшиеся им красивыми. Другие сочинили истории о том, какими они были храбрыми, но, мол, дракон почувствовал их силу и атаковал первым.
Когда Абрахас слушал эти байки, ему лишь колоссальным усилием воли удавалось не закатывать глаза. Можно подумать, его могли обеспокоить действия какой-то смертной.
К королю подошла Лорэлия, и все разговоры в зале стихли. Девушки будто бы догадывались, что она достигла цели, забравшись на крутую вершину, где король оставил нечто важное. И каждой хотелось узнать, что это.
Даже Зандер в предвкушении подался вперед.
– Так, это ли не самый диковинный из моих цветочков? Ты, дорогуша, вечно совершаешь поступки, которых я не жду от женщин. Ну, что ты отыскала в кладе моего дракона?
«Не смотри на меня, – подумал Абрахас. – Если посмотришь, он обо всем догадается».
Лорэлия не посмотрела. И Абрахас беззвучно поблагодарил за это всех богов, которые ему вспомнились. Она вздрогнула и, не поднимая глаз, опустилась перед королем на колени.
Зандер застыл в ожидании. Словно он знал, что Лорэлия видела яйца. Иначе почему она двигалась так, словно только что вернулась с битвы? Зандер не был дураком. Ему хотелось, чтобы Лорэлия достала из-за спины драконье яйцо, и вокруг раздались изумленные возгласы.
Запустив руку в корсаж, Лорэлия вытащила золотую монету. Она ярко заблестела на свету, но по-прежнему оставалась всего лишь монетой.
Король откинулся на спинку трона и разочарованно махнул рукой.
– Монета? В самом деле? Ты принесла мне то же, что и остальные. Хотя именно ты должна была меня удивить. Ты поймала стрелу на лету и сломала ее пополам, но не смогла найти в драконьем логове ни одной интересной вещицы?
– Это монета времен правления вашего отца, – зазвенел голос Лорэлии. – Она старше, чем мы с вами. В целом кладе я не обнаружила такой же.
Пожалуй… пожалуй, эта монета и впрямь была редкой.
Когда его отец наконец умер, Зандер заставил Абрахаса расплавить целую гору этих монет. Он не хотел, чтобы люди помнили предыдущего короля, потому что не сомневался, что проигрывает в сравнении с отцом. Разумеется, так оно и было. Но Зандер подумал, что, если напоминаний о предыдущем короле не останется, никто не упрекнет его в поражении.
Поэтому он даже не предполагал, что такая монета еще существует.
Дрожащей рукой он потянулся к подношению Лорэлии и взял его двумя пальцами. Он перевернул монету и уставился отцу в глаза.
– Не думал увидеть это снова.
– И я не думала. – По мнению Абрахаса, Лорэлия выпрямилась слишком медленно. – Но хочу, чтобы вы знали: эта монета была там. И если кто-то способен найти нечто столь ценное, то это я. Вам нужна предприимчивая и способная жена? Тогда вы ее нашли. И такую вы больше нигде не встретите. Если желаете помнить историю, перед вами девушка, которая не забывает.
Абрахас чувствовал, что Лорэлия перегнула палку. Но Зандер с каждым ее словом казался все более заинтригованным. Он лихорадочно кивал в такт ее словам, затем откашлялся и ответил:
– Да, Лорэлия. Считаю, ты станешь отличной финалисткой номер два. Признаюсь, с самого приезда ты была для меня как кость в горле. Но каждый раз, когда ты заходишь в комнату, я ожидаю, что случится нечто интересное.
– Сочту за честь услышать это от вас, – тихо проговорила Лорэлия, отступая.
Осталась одна финалистка. Проклятье, Абрахасу следовало радоваться, что отбор почти закончен. Но в глубине души он не мог не злиться, что король осмелился выбрать Лорэлию. Да, он понимал, как им необходимо, чтобы Зандер оставил Лорэлию. Ей нужно было находиться рядом с королем, чтобы расположить его к себе.
Но Абрахас не желал, чтобы Зандер ее касался. Абрахас сам хотел разобраться со своим чувством. Он сам хотел выяснить, каково быть рядом с Лорэлией без многочисленных вопросов и подозрительных намерений. Но не мог этого сделать, пока Лора была в списке потенциальных невест.
Впрочем, Зандер был безнадежен. Абрахасу следовало об этом помнить.
К трону подошли еще несколько девушек, но Зандер так и сидел со скучающим выражением лица. Пока к нему не приблизилась Бьюти.
Бьюти не опустилась на колени, как остальные. Она стояла с каким-то предметом в руках и медленно покрывалась румянцем.
– Что ты мне принесла? – спросил Зандер, подперев щеку ладонью. Он умирал со скуки.
– Я собиралась найти для вас что-нибудь роскошное и великолепное, но потом увидела это и подумала… Я подумала, что насладиться этой вещицей способны лишь вы. – Раскрыв ладони, Бьюти показала крошечную птичку со сломанными крыльями. Механические части игрушки когда-то были редкими, но годы их не пощадили. – Увидев эту игрушку, я подумала, что лишь вам хватит ума ее починить. Ее наверняка создавал настоящий мастер. Возможно, вы пожелаете, чтобы с этой изящной вещицей еще мог кто-нибудь поиграть. Возможно, даже ваш ребенок.
Абрахас с любопытством наблюдал за Зандером. Он помнил мальчика, который обожал собирать такие игрушки, пока его отец был занят делами поважнее сына. Огонек в глазах Зандера, всегда выдававший его интерес, вспыхнул и сейчас.
Зандер с благоговением взял птичку из рук Бьюти.
– Я могу ее починить, я в этом уверен. Но как ты поняла, что я сумею?
Бьюти подалась к Зандеру, так что их лбы почти соприкоснулись. Они вместе смотрели на сломанную игрушку.
– Великие умы мыслят одинаково, согласны? Другим может показаться, что столь неказистая игрушка сломана безвозвратно. Но, я думаю, она просто ждет, пока ее починят.
Сцена получилась почти трогательная. Позволь ей король, Бьюти, наверное, сумела бы починить игрушку. Абрахас знал, что мягкость и деликатность способны успокоить фрагментарный ум Зандера. Но удалось бы ей умиротворить злодея, Абрахас так и не выяснил.
Дверь распахнулась, и в Большой Зал ввалился слуга. Судя по одеянию, он готовился стать одним из немногих стражников, но не был Рыцарем Умбры. Стрела у него в горле, однако, не являлась частью формы. Пошатываясь, слуга остановился, коснулся деревянного древка и упал на колени.
Из раны хлынула кровь. Девушки, стоявшие к слуге ближе других, завопили. Абрахас ненавидел такие вопли. Он двинулся к раненому, и одновременно с ним к двери бросилась Лорэлия.
Абрахасу хотелось крикнуть Лорэлии, что если она побежит за убийцей, со стороны покажется, что она с ним заодно. Вместо этого Лорэлия всем весом навалилась на дверь и захлопнула ее так, что отрывистое «бах!» разнеслось эхом по всему залу.
Абрахас заметил ее широко раскрытые глаза и выражение ужаса на лице. Случившееся не входило в ее намерения. Лорэлия не знала о готовящейся атаке на Большой Зал или на кого-то из обитателей замка.
Следовательно, это были не мятежники. Ведь атака не планировалась?
Опустившись на колени рядом с умирающим, Абрахас выдернул стрелу из его горла. Вокруг древка был намотан крошечный клочок пергамента.
Отделив его, Абрахас выругался сквозь зубы. Конечно же, это были мятежники. А кто же еще?