— Сегодня противный кондор, благодаря белоснежке, заработает баснословные деньги, — сказал кто-то.
— Если кондор такой противный, зачем шла к нему? — усмехнулась молоденькая самка журавля.
— По той же причине, что и ты. Тут все примерно в одинаковых обстоятельствах.
Я не стала вступать в перепалку девушек. Только с завистью посмотрела на тех, кому разрешили надеть полупрозрачные балахоны. Когда приготовления были завершены, нас рассадили в порядке очерёдности. Я оказалась последней, поэтому позволила себе прикрыться руками и опустить веки.
— Вставай, пора, — ткнул рукой в плечо парень, помогающий аукционисту.
Я встала на опустившийся помост и вцепилась в поручень. К удивлению, на меня накинули ткань, скрывшую тело с ног до головы, потом велели держаться крепче.
Когда платформа поднялась, я услышала, как ведущий расписывает мои достоинства. На глаза навернулись слёзы. Уже не раз прокляла тот импульсивный порыв, заставивший приехать сюда. Утешало одно: у родных больше не будет финансовых трудностей, они даже обучение близнецов смогут оплатить.
Неожиданно с меня сняли покрывало. По залу тут же понеслось удивлённое: «Ах». Аукционист назначил стартовую сумму в четыреста тысяч краймов, а платформа подо мной начала медленно крутиться.
Я прикрыла рукой пах, чувствуя, как глаза застилает пелена слёз. Суммы выкрикивались настолько быстро, что аукционист даже не успел ни разу молоточком стукнуть.
Я мутным взглядом оглядела зал. Рассматривала богатых мужчин и женщин, насколько могла. Во втором ряду сидел сова. Он выкрикнул сумму в миллион. Мужчина был в очках, и весь его вид выдавал почтенный возраст. Пожалуйста, пусть я достанусь ему. Жаль, сова прекратил бороться, когда прозвучала сумма в полтора миллиона.
— Создатель, помоги мне, — взмолилась я одними губами, было страшно и стыдно.
Снова вглядевшись в зал, я поняла, что за меня уже торгуются единицы, последние ряды отсеялись быстро. Лиц оборотней, сидящих так далеко, я почти не различала, поэтому невольно посмотрела в первый ряд.
Прямо напротив меня сидели два ястреба и два орла. Один из орлов смотрел на меня пристально, но в торгах не участвовал. Даже в таком состоянии я заметила, что мужчина красив. Чёрные как смоль волосы и глаза, аристократичные черты лица. На шее молодого мужчины была стилизованная татуировка в виде глаза. Зрящий с небес! Нет, только не это! Пусть он не борется за меня! Кто угодно, но только не он! Я запаниковала. Нет ничего хуже, чем попасть в рабы к высшей касте. Те могут сделать с тобой всё, что захотят и ничего им за это не будет.
Мужчина пристально посмотрел на меня и улыбнулся. В этой красивой улыбке было какое-то обещание. Моё сердце чуть из груди от страха не выпрыгнуло. Даже до нашего посёлка доходили слухи о жестокости оборотней из касты зрящих. В ушах зазвенело, а потом звуки стали проходить будто сквозь вату.
— Три миллиона, — выкрикнул кто-то.
— Три двести, — тут же приняли ставку.
— Три пятьсот! — не унимался первый.
Потом цены снова подняли, ещё двое мужчин решили побороться за меня. Большинство сидящих в зале уже прекратили накручивать цену. На цифре в четыре миллиона двести тысяч отсеялись почти все. Я размытым от слёз взглядом видела, что карточки поднимают только двое.
— Четыре миллиона восемьсот тысяч, — крикнул сокол из первого ряда.
— Четыре миллиона восемьсот тысяч — раз. Четыре миллиона восемьсот тысяч — два. Четыре миллиона… — выкрикивал аукционист.
В последний момент поднял карточку тот самый орёл с татуировкой.
— Пять миллионов! — громко озвучил он.
Я зажмурила глаза, чтобы не смотреть на этого мужчину, а в уши вбивался звук деревянного молоточка, отдаваясь противным эхом в голове.
Мужчина за стойкой в последний раз стукнул по дереву и громогласно произнёс:
— Продана за пять миллионов! Сейчас к вам подведут вашу покупку, господин!
Меня дёрнули за руку и буквально потащили с помоста. Покупатель не стал дожидаться у столика, пошёл навстречу, снимая с себя пиджак. В следующую секунду меня закутали в ткань, и я ухватилась руками за края, не давая им разойтись.
— Где её одежда?! — грозно произнёс мужчина.
— Сейчас принесём. Вот контракт и считыватель. Расплатитесь, господин, — опустив глаза, произнёс какой-то парень.
Орёл приложил карточку к устройству, потом выхватил из рук официанта контракт и недовольно сверкнул глазами.
— Сейчас, господин. Её вещи уже несут, — испуганно промямлил официант.
— Прекращай пугать всех своим грозным видом, брат. Дай я рассмотрю твоё приобретение, — раздался голос рядом.