Я взглянул на Лифу. Вампирша ртом поймала один из серых лепестков, похожих на снежинку. Она тут же поперхнулась и закашлялась.
— Она действительно безнадёжна… — вздохнул я, наблюдая за спутницей.
Но этот попел… какой-то знакомый. Больше похоже на чешуйки. Такие сыпались с драконов в небесном городе, когда те собирались переродиться в одном из миров. Да, и это сходство — первое подтверждение моей теории. Осталось взглянуть на столицу и всё встанет на свои места.
— Знаете почему здешние места так называют? — спросил Люциус и остановился на выходе из ущелья.
— Да, я знаком с легендой.
Мне пришлось остановиться рядом с парнем. Дальше впереди могут идти только авантюристы. Дорога… мне не нравится. Будто ступаю по земле, которая в любой момент может провалиться. Ноги уже по щиколотку в пепел уходят…
— Это вовсе не легенда… разок взглянув на «забытую столицу», понимаешь, что всё тогда происходило взаправду… — присоединилась к нам Баал.
Если легенда правдива…
— Значит, та «великая трагедия»? Более пятисот лет назад… — уточнил я, доставая из памяти её текст.
— Эй, я люблю легенды! Расскажите! — откашлявшись после проб пепла, забегала вокруг нас Лифа.
— Лифа, а тебе нравятся другие вампиры? — решил я резко сменить тему и охладить пыл девочки.
— Ну, я других не встречала, — довольно задумчиво ответила она.
— А монстры?
— Монстры страшные и противные, — резко выдала вампирша.
— Тогда ты же слышала правила? Прошу тебя, следуй им, а мы легенду тебе расскажем, хорошо? — словно с ребёнком общаясь, выдал я, и Лифа меня, кажется, послушалась.
Как же сложно… хоть мне и двенадцать лет я действительно чувствую себя стариком, особенно рядом с Лифой. Она будто подыгрывает мне, скрывая своё истинное лицо. Всё в точности, как и у меня.
— Ты, старикашка, раньше всё время одну и ту же повторял. Сейчас вообще почти всё время молчишь. Если расскажешь… то я буду вести себя хорошо, — пробубнила под конец Лифа.
Снова, не знаю как Люциусу и Баал, но я нутром чую наигранность в её поведении. Сколько же тайн и загадок… что… ждёт меня дальше?
— А ты умеешь с детьми обращаться, и не скажешь, что ребёнок, — подметила Баал. — Такая смелость, не думала, что когда-то буду проводником для кого-то вроде вас, детишки.
Мой взгляд устремился вдаль. Падающий пепел хоть и ухудшал видимость, всё же мне удалось разглядеть очертания упавшей с небес башни. Именно с неё тогда началась трагедия…
— Давайте… просто расскажем ей легенду и двинем дальше, — отряхивая волосы от пепла, предложил я.
— Баал, ты помнишь её? — спросил парень.
— Нет, Люци, даже не проси, — заранее отказала авантюристка.
— Тогда, может, ты, Ловчий? Из меня рассказчик так себе.
А я вот, как оказывается, многие годы практиковался, рассказывая на публику о своей сестре. Что же проверим, насколько хорошо мне удалось отточить навыки рассказчика.
— Хорошо, я помню её наизусть, так что слушайте внимательно.
Глава 11
— Более пяти сотен лет назад, когда в мире не существовало понятий границ и разделения народов, Колыбель… постигла небесная кара. Прекраснейший город, могучая столица, вселявшая надежду в сердце каждого отчаявшегося, получившего возможность лицезреть её величие, сгинула в один миг. Подобно дивному цветку, охваченному неумолимым пламенем, Колыбель пала под натиском невиданных ранее могучих существ. Монстры не боялись магии и убивали каждого, кто делал шаг в сторону ниспосланной кары. В тот роковой день столица умылась кровью, а с небес стал падать пепел.
Пепел… действительно похоже, но чем дольше смотрю на серые хлопья, тем сильнее они мне напоминают чешую дракона. И всё же уверенно сказать, что где-то в «забытой столице» собирается переродиться дракон, я не могу.
— И это всё? — Лифа ожидала продолжения с горящими от интереса глазами.
— Да, — коротко бросил я и указал в сторону едва различимой башни, выглядывающей из-за горизонта. — Последствия той трагедии прямо перед твоими глазами.
Довольно сложный слог у тех, кто писал о событиях далёкого прошлого. Многие слова имеют скрытый смысл. К примеру, под «карой» подразумевается упавшая с небес башня, «Колыбель» — это «забытая столица». Только вот в случае последнего, город никогда не имел конкретного названия. «Для каждого он являлся особенным по-своему, и каждый был волен дать ему имя», — сразу всплывает строка из одной исторической книги. Ха… Сколько же я их прочёл в период беспамятства?