Часть 25.1.1 «В свете новых фактов»
Я устало посмотрела на грязную жестянку потемневшего от времени и эксплуатации металла. На первый взгляд безобидная рухлядь. Но все, чего касались Темные Боги, могло утянуть тебя в бездну. Что ж, будем подкармливать это чудище, пока руку не откусит.
– Мне опять взять ваши силы, милорд? – я едва заметно улыбнулась, чтобы Кавар хоть немного расслабился, вспомнив наше недавнее приключение на тренировке.
Гифрой жадно наблюдал янтарными лемурьими глазками, впитывая каждое мгновение. И сейчас в его глазах появился лихорадочный блеск. Видимо, неприязнь Кавара к менталисту была взаимной. И лицезреть верховного мага ослабленным для Делиса было редким деликатесом, который тот собрался смаковать.
– Для такого дела вы можете осушить меня до дна. – улыбнулся маг, правда его ответ не был таким игривым, как я предполагала. Скорее уж мрачным и обреченным. Сказалась и усталость, и привычка жертвовать своими желаниями и интересами. А уж под наблюдением Гифроя Кавар должен демонстрировать еще больше верности императору, выворачиваясь наизнанку.
Кай и Льяра упорно молчали, не предлагая себя в качестве источников. Похоже, решили залечь на дно, потому что Гифрой вызывал желание бежать от него по раскаленным углям.
Я потянулась к магии артефакта – силы его и правда были уже на последнем издыхании. Лампада тут же вспыхнула, словно признала меня, как собака хозяина. Из сильного, лучащегося источника верховного мага, я начала осторожно переливать энергию в неказистый артефакт.
Кавар закрыл глаза, положив ладони на стол. Со стороны могло показаться, его мучает мигрень. Но мучила его я, и сердце екнуло, когда я увидела гримасу боли на благородном лице.
Свет лампады креп, и по стенам заскользили тени. Если учесть, что все мы сидели неподвижно, стало ясно, что артефакты Темных Богов имеют очень большой срок годности. Работают, как очень-очень страшные часы.
В воздухе заблестели снежинки, подул холодный пронизывающий ветер. И это в зале с закрытыми окнами. Мы поежились, и только верховный маг, чьи силы я все еще выкачивала, сидел в кресле, как приклеенный, и теперь уже только стол отделял его от того, чтобы повалиться обессиленным на мраморный пол.
Жалость сменилась злостью. Кавар жертвовал собой, не понимая, что жертвует и моим душевным здоровьем. Роль отца – лишать магии, а заодно и здоровья, пусть и ради высокой цели – была мне противна. Мое раздражение как-то само по себе срикошетило в Гифроя – он пришел насладиться нашей беспомощностью. Но мы всем привыкли делиться! Тот мгновенно поймал мой взгляд, но я не отвела глаза. Мне захотелось пощекотать нервы надсмотрщику:
– Возможно, господин Гифрой пожелает превзойти благородство скромного слуги его императорского величества Герата Кавара, и пожертвовать свою магию? – менталист подскочил на своем стуле, ужаленный мной в самое самолюбие. Покрылся стыдливыми красными пятнами и вжал голову в плечи.
– Каждый приносит пользу императору на своем месте.
– Наши жертвы во имя императора не могут быть слишком велики, не так ли, господин Гифрой?
И, не дождавшись ответа, я потянула из него магию. Легкую ниточку, но и ее было достаточно, чтобы тот впал в ужас.
Кай и Льяра окаменели на своих местах, не решаясь шелохнуться.
– Не надо. – одними губами произнес Кай.
Нашу перебранку прервали женские голоса, раздающиеся словно из ниоткуда. Их все время уносил ветер и перекрывал шум метели, но магия Лампады уже взяла след и цеплялась за находку:
– Какой из ледников?
– Я знаю столько же, сколько и ты. Просто ищи молча. Валесса не дал ни карты, ни четких указаний.
– Ненавижу, когда все наощупь!
– Осмотри соседнюю пещеру и не ной!
Женские, капризные голоса энергичных барышень. Это точно сестры Дитан! Льяра уже вовсю кивала мне, боясь словом или выдать себя или разрушить магию лампады.
Так, пещеры, холод, ледник. Там бы секретная служба императора точно не догадалась искать. А вот сестрички явно ищут что-то для Валессы.
Дикий Маг вдруг суматошно замахал руками, привлекая мое внимание.
Тут-то меня и осенило, что я там уже бывала, да еще вместе с Каем. Мы стояли с ним на вершине горы, замерзающие, заколотые снежинками до щекотки, с ресницами, покрытыми инеем. Тогда Кай еще был очень робок, когда лез обниматься. Время это поправило.
Змеиная Гряда – к востоку от Сантроги находилась горная цепь, издали на горизонте походившая на вьющуюся ленту. Оттуда и получила свое название. И там, прямо в отвесных скалах, находился ряд пещер. Часть скал полностью покрывал лед еще со времен катаклизма в Терраваккане.
Я отвлеклась и совершенно забыла про Кавара и про его опрометчивое разрешение. Черные гвардейцы стояли по периметру комнаты, но никто не рискнул остановить меня – могучую магическую пьявку – и вступиться за своего господина. Теперь мы уже были не гастролерами из казематов, а магическими сливками общества. Опасными сливками.
Верховный маг уронил голову на грудь, его руки поползли по столу без сил, уже не способные ни за что удержаться. Лампада лопала магию, как пирожное. За обе щеки уплетала. Пора было отключаться, пока мы не потеряли нашего сурового командира. Сеанс подслушивания дал не так много, как хотелось, но Кавар таял, как свеча.