Часть 5
– Ректор Валесса просит вас пройти в лазарет для магов. – в миг вся волшебная атмосфера улетучилась. Я накинула плащ и поспешила вслед за посыльным. Им оказался секретарь отца старик Лаверио. Сколько себя помню, он всегда походил на иссохшую мумию с повадками проворной обезьяны. На вид ему можно дать и семьдесят, и сто лет, но ученикам и преподавателям академии о нем было мало, что известно. Он оставался тайной. Съежившейся до кураги, но все же.
Мы с Лаверио молча неслись по коридорам, как две гончие, взявшие след, как вдруг требовательный оклик заставил меня замереть:
– Натаниэлла! – видимо, я еще не отошла от недавнего сна и вздрогнула, как от удара электричеством.
Я медленно повернулась и выдохнула с облегчением. Из-за одной из дверей высунулась голова Кая, и маг приветственно помахал рукой. Похоже, тому тоже не спалось на новом месте и не терпелось узнать новости.
– Возьмите меня с собой, я могу пригодиться.
У меня, судя по всему, от ночных кошмаров здравый смысл тоже пострадал. Кай и правда выручил, если не сказать, спас меня вчера. Плюс в голове мгновенно возник коварный план прикрыться Эредимом, как щитом, когда отец будет распекать меня за все, что я сделала и не сделала. А что? Кай может быть отличным громоотводом для критики или в худшем случае для приступов ярости.
– Ох, можете. – вздохнула я и кивнула Каю, чтобы он присоединился к нашей куцей компании. Лаверио недоверчиво покосился на залетного визитера, но сдержал свои замашки придворного цербера.
– Вы в лазарет или в мортуарий? Этот парень выжил? – спросил Кай, подскочив к нам и вписываясь в ритм нашего забега.
– Он не умер. – я пожала плечами. – Но вы же понимаете, что после вчерашнего это совершенно не значит, что он жив.
О своем сне я решила не упоминать. В конце концов, Каю обещали экскурсию, а не посиделки с жуткими байками у костра.
Кай коротко кивнул в ответ. Лестница за лестницей мы, спускаясь все ниже, петляли по коридорам только под звук собственных шагов.
Лазарет ударил в нос облаком терпких, пробирающих до печенок травяных ароматов, запахом отваров, микстур и какой-то безличной стерильности. Мы проследовали мимо длинного ряда коек, отделенных друг от друга тканевыми ширмами, прошли насквозь лабораторию, где готовили свежие зелья и нашпиговывали магией – для скорейшего выздоровления и волшебство должно быть не забродившим, с пылу с жару.
Олефуций Минк, верховный целитель, один из самых уважаемых профессоров академии, и мой отец стояли к нам спинами и что-то негромко, но живо обсуждали, даже, кажется, спорили.
Заслышав наши шаги, отец и целитель обернулись. Ректор Валесса удивленно вскинул брови, заметив мое сопровождение. В уголках его рта застыла едва заметная усмешка. Он склонил голову на бок, будто оценивая Кая еще раз после вчерашнего вечера.
– Доброго дня, дочь моя. – тут даже я слегка опешила, отец редко на людях вспоминал, что мы родственники. – И вас, юноша, я приветствую. Нам есть, что обсудить, но сначала разберемся с более насущными делами.