Силовые потоки магии, как щупальца, разогнавшиеся до скорости смерчей, полностью опутали его тело. В конце концов воронка сжала Дэя так мучительно, что тот обмяк и сдался на волю проклятого артефакта. Маска окончательно прилипла, вросла в лицо, словно стерла мага, как букашку.
– Эдемон, – нерешительно позвала я. Теперь я слышала только его дыхание под маской: гулкое, тяжелое сопение. – Прошу, ответь.
– Подойди, Натаниэлла. – голос Эдемона теперь звучал будто сотни голосов отовсюду вторили его словам. Сливались эхом в один поток. Он требовательно протянул ко мне руку.
В этом видении я, как актриса, играла роль. Поэтому повинуясь сценарию, смиренно подошла и вложила обе руки в теплые ладони мага. Зеленые, дымящиеся угольки в его глазах плясали яростно, беспощадно. Он взял меня за плечи, притянул, и я оказалась скованной его ядовитых объятиях.
– Теперь ты сможешь отдать мне все… – выдохнул горячие слова Эдемон, опалив кожу на виске. Я замерла, как будто в ожидании приговора. – Теперь мы сможем быть вместе.
За спиной Эдемона двигалась неясная серая тень, держа в руках императорскую корону с острыми, как ножи, зубцами. Отец говорил, что кто-то стоит за покушением на Дэя. Сильный, умелый маг. Но почему у него в руках корона императора? Во дворце есть предатель?
Я еще отдавала себе отчет, что я внутри видения. Или оно хозяйничает внутри моей головы. Но эти глаза, в которых разгоралось проклятье для всего живого, просто вынимали у меня душу.
– Я хочу уйти. Мне нечего тебе дать. – я шептала, но мой шепот громовых эхом раскатывался по залу церемоний.
– Тогда я все заберу сам. – Эдемон отстранился, обхватил руками мое лицо, выжигая во мне присутствие духа взглядом мертвых зеленых глаз.
Я попыталась отвернутся, вывернуться, но все без толку. Вдруг я заметила, что зеленое пламя выросло на платье рукава и поползло, как страшная клякса, повсюду, съедая кожу, съедая ткань, сжигая меня заживо. Я закричала, забилась, трепыхаясь рыбой в сочке.
И, прежде чем я очнулась на руках Олефуция, я успела сгореть дотла.
Словно за мной гналась стая разъяренных вепрей, я сорвалась с места, оттолкнула целителя и рванула прочь. Все это было уже слишком. Хотелось только бежать от этих видений, пожиравших меня без суда и следствия. Я скрылась из лазарета, распихивая лекарей и медсестер. Только захлопнув дверь своей комнаты, перевела дыхание. Чуть ли не ползком добралась до кровати и отключилась.
Черный плащ Льяры развивался мрачным флагом прямо перед лицом Кая: несмотря на то, что в седле он сидел уверенно, догнать волшебницу никак не выходило. Рядом с Диким Магом, качаясь, как на волнах, в седлах сидели так не любимый Натаниэллой декан Бреннон, ректор Валесса, трое боевых магов – один с суровым, рябым лицом, которое свидетельствовало не об одной дюжине пережитых передряг, два молодых, напористых, готовых показать себя новичка и замыкали группу для вылазки на Сизые Топи две светловолосые волшебницы, похожие друг на друга, как две капли воды.
Объявление о сборе застало парочку экспериментаторов врасплох. Они едва успели восстановиться, захватить пайку и обменяться парой растерянных реплик. Льяра ничего не слышала о нападениях, но в таких операциях участвовала и раньше: в курс дела можно войти и на месте, а вот время терять нельзя. Девушка распихала по инвентарным карманам походного плаща несколько зелий и амулетов, а потом собрала такое же снаряжение для Кая.
– Не хочешь пояснить мне, что тут для чего? – поинтересовался Дикий Маг.
– Это неважно. – махнула рукой Льяра. – От поноса и золотухи, всякие походные мелочи, ничего серьезного.
Едва группа покинула территорию академии, атмосфера воцарилась напряженная: Валесса молчал, и никто не решался разрядить обстановку пустой болтовней. Над Сизыми Топями впереди поднималась легкая розовая дымка, нежной пушистой шапкой висевшая над непроходимыми местами.
Неожиданно Льяра потянула поводья, чтобы поравняться со скакуном Валессы: она наклонилась к самому уху мага и что-то быстро нащебетала, кивая в сторону топей; Кай почуял недоброе, когда Льяра обернулась и ткнула пальцем в его сторону, словно просила ректора утвердить участие в плане Дикого Мага. Кай чуть не поскакал прочь во весь опор: даже зная Льяру всего пять минут, он отлично понимал, что за волшебницей не заржавеет подложить большую жирную свинку.
Девушка опять притормозила скакуна, на этот раз к вящему ужасу дожидаясь Кая:
– Ректор Валесса одобрил мою идею. – сообщила Льяра с кривой улыбкой.