Часть 18.2.2 «Из пленников в гостей столицы»
Кай пытался было бунтовать, но суетливые лекари кружили над ним, как бабушка, дождавшася внучка в гости. Вцепились намертво. В конце концов Дикий Маг сдался на милость дворцовых целителей и те живенько уволокли его на носилках.
Мы с Льярой усиленно пытались излучать здоровье и благополучие, вцепившись друг в друга, как коршуны.
Лекари скептически нас оглядели, но трогать, хвала богам, не стали.
– Ничего-ничего, – испуганно утешала меня Льяра, его там поставят на ноги.
– Ну да, ну да. Поставят на ноги, а потом на них же отправят досиживать в подземелье. Как-никак, тут он вне закона. – Кавара все еще не было, и я начала волноваться.
Надеюсь, в письме целитель попросил сохранить нам жизнь отдельным, очень заметным пунктом.
Под стук наших зубов появилась грозная, внушительная фигура Кавара. Он шел медленно, будто бы все еще раздумывал, согнуть нас в баранки или дать шанс. Приблизившись, он наконец снял капюшон, и мы даже слегка обомлели от такого откровенного жеста.
Жесткое, мужественное лицо с пронзительными бледно-голубыми глазами, холодными и одновременно искрящимися, как у целителя. Во взгляде Кавара теперь читалось наличие четкого, ясного плана… Я бы даже сказала намерения. Эти искры в его глазах отзывались покалыванием в груди и пальцах, заставляли ерзать.
Будь я кошкой, залезла бы под диван, и наблюдала бы за верхвовным магом исключительно из укрытия. Теперь до меня дошло, что плащ и капюшон – это даже не профессиональная скрытность, а соображение удобства. Потому что мало кто выдержит этот колюще-режущий взгляд, который замораживает тебя, как рыбешку внутри льдины.
Кавар нахмурился, не заметив с нами Дикого Мага, но один из черных гвардейцев тут же подбежал и изложил суть проблемы.
– Передайте целителю Лисардию, чтобы занялся калибровкой его магии. Чтобы ваш молодец не разнес нам полдворца вслед за тенями. – твердо заявил маг. – А завтра нам предстоит содержательная беседа. Пока что вы остаетесь во дворце. Нужно прояснить ряд обстоятельств.
Кавар еще раз заглянул мне в глаза, как бы намекая: «Готовься вывернуть душу до самой завалящей крохи».
У нас с Льярой немного отлегло: раз есть планы на завтра – значит, завтра, скорее всего, не повесят. Ох уж эта высшая аристократия – ни слова в простоте. Все догадками, догадками.
– Милорд Кавар, – во дворце меня явно мучили приступы спонтанной наглости. – Мы хотим расположиться все вместе. Пока все выясняется. И еще – вы уж, пожалуйста, не калибруйте Дикого Мага слишом усердно.
Я попыталась вернуть Кавару один из его пронизывающих взглядов, но скорее всего зрелище было жалкое.
Конечно, я не просила золотых гор, но даже простая просьба от дочери предателя в общем-то дерзость. Кавар сверкнул холодными глазами, как сталью ледяного меча. Мне даже показалось, что в этот момент айсберг налетел на... айсберг. Но согласился. Содержимое свитка Олефуция сотворило с этой голубоглазой глыбой чудеса. Знать бы, какие.
– Вас разместят в служебных комнатах. – Кавар словно не заметил моей вопиющей наглости.
По позвоночнику крались испуганные мурашки.
Дальше разговор не заладился: на Кавара налетели офицеры гвардейцев с донесениями. Пострадала группа гаэмедов, расширяющих тоннели под замком. Это было настолько нетипично, что событие наделало шума. Гаэмеды ощущают магию и хорошо с ней ладят, только с тенями из академии все пошло не так. Случился крупный обвал, и Кавар лично отправился расследовать происшествие.
Мы уже было обрадовались, что наконец-то будем предоставлены сами себе, но охрану нам все-таки отрядили. Пару наблюдательных черных гвардейцев.
Впрочем, если бы хоть кому-то по фамилии Валесса разрешили свободно гулять по дворцу, я сама сочла бы этой чистой небылицей.
Служебные комнаты оказались воплощением уюта, особенно по сравнению с подземельем.
– Чего он на тебя так… навострился? Прямо взглядом насквозь проедал. – устало промямлила Льяра.
Сама она уже еле стояла на ногах, а вот любопытство в ней работало на полную катушку, как всегда.
– Теперь я вообще в центре внимания. – я пожала плечами. – Отец об этом позаботился.
Подруга грустно улыбнулась, но вся ее моральная поддержка иссякла, как и способность держать глаза открытыми. Уже через минуту она уронила голову на подушку.
Соседнюю кровать манила изо всех сил. Голова мговенна потяжелела, но я все-таки открыла окно, раздвинув тяжелые бархатные шторы. Пыль столбом взвилась чуть ли не до потолка и засеребрилась в ночном свете. Глаза уже почти закрылись, когда я заметила, что серебряные искры вовсе даже не собирались укладываться на пол, а по-прежнему кружили, сверкали и плотным облаком направлялись в сторону Льяры.
Я вскочила, и попыталась отогнать их, как рой мошкары, нелепо размахивая руками. Не сработало. В итоге накрыла подругу покрывалом. Сверкающее облако разлетелось, но никуда не пропало. Блестящие пылинки легко просочились через него. Я сдернула покрывало, но под ним беззаботно сопела отключившаяся после тяжелого дня подруга.
Я уже было стала грешить на мою легкую склонность к галлюцинациям, но Льяра вдруг поднялась и села на кровати.
– С тобой все в порядке? – я схватила ее за руку, и та оказалась холодной, как лед.
Она выглядела странно, будто не до конца проснулась, или не понимала, где она. Серебряные искры роем взвились вокруг нее.
«Неужели тоже не оклемалась после подземелья?» – я старалась поймать ошалелый взгляд Льяры, но она только вертела головой по сторонам.
– Натаниэлла! – Льяра тоже схватила меня за руки. Да что там схватила – вцепилась чуть не до царапин.
– Ох, да ты полегче. Все в порядке? Ты что, может, тебе вместе с Каем в лазарет на ночь?
– Я думал, что больше тебя не увижу.
Таак. Вот это сюрприз. Надо по-тихому, чтобы не напугать ее, довести до местных лекарей. Все-таки, тени безжалостные твари!
– Мне кажется, у нас мало времени. Мне кажется… Мне кажется, твой отец убил меня. И по-моему, я…
– Льяра с удивлением посмотрела на свои руки. – Я думаю, что целитель мертв.
Тут я вконец окаменела. Еще раз взглянула Льяре в лицо и поняла, что это не она. Серебряна Тень…
Прилагаю визуализацию Льяры прямиком из головы автора :)