Часть 20.2.2 «Коварный Кавар»
– Похоже на то. – Льяра повертела в руках кулон, открыла его. – Если магия и есть, она запечатана. Нужно ее разбудить, подтолкнуть, прежде, чем вытягивать и перемещать в тебя.
И Льяра, как ворона, принялась царапать блестяшку коготками, чуть ли не пробуя на зубок. Но дело не двигалось. Дикого Мага едва не вынесли из уборной обратно в нашу комнатушку – в коридоре помимо черных гвардейцев, которые служили только Кавару, туда-сюда сновали императорские офицеры.
Кай готов был поклясться, что заметил тех же магов из боевого отряда, который мы видели у ворот в Сантрогу. Якобы, атака на академию не удалась, и они вернулись не солоно хлебавши. Мы втроем, как собаки, оставшиеся взаперти, прислушивались, принюхивались, включив интуицию на полную.
Чем дольше мы коротали время в комнате – тем явственней слышался переполох из коридора. Шли какие-то приготовления. Обсуждали новости, о которых докладывать нам никто не планировал.
Пару часов мы провели, прилипнув ушами к двери, но поняли только, что готовят магический ритуал. Возможно, как раз по душу Кая. Точнее, по тело.
Скоро Льяра все-таки отключилась, а Кай «в предвкушении» того, что в его тело заселят малознакомого парня, не мог сомкнуть глаз.
Ожидание будило спящих в голове тараканов, которых гаэмеды и так подкормили своими предостережениями. Я до того себя накрутила, что боялась: вдруг Кавар, уже заметивший особое внимание Кая ко мне, напортачит с переселением душ? Невзначай. Когда такой маг, как Кавар жульничает, ни у кого и рука не поднимется что-то заподозрить. А на моей совести, помимо Дэя, окажется еще один пропащий маг.
В конце концов я просто вырубилась, и только Кай бродил, как заключенный, из угла в угол.
Нас разбудили уже глубокой ночью, когда суета поутихла, и конвоировали в зал приемов. Теперь мне мерещилось, что это явно плохой знак. Если что-то пойдет не так – ночью во дворце и лишних свидетелей меньше, скрыть провал магического обряда проще – закопают в саду под яблоней, и ищи-свищи потом. Я даже вспотела от переживаний. А потом поняла, что все кругом тяжело дышат, отирают лбы рукавами, оттягивают воротники плотных рубашек под броней. Черные гвардейцы то и дело поправляли форму.
Жара стояла, как в бане. Зал, где мы впервые встретили Кавара, превратился в шашлычную: всюду стояли медные чаши, до верху наполненные раскаленной кералитовой галькой. Горели факелы с голубым дымчатым огнем. Окна были распахнуты, но ночная прохлада словно не могла пробраться в помещение.
– Что они тут устроили?
Льяра, тоже вспотевшая, как грузчик, пожала плечами:
– Устроили все в лучшем виде. Смотри, кералит копит магию. Еще и разогретый – он отличная приманка для Серебряной Тени Дэя. Ну, помимо тебя.
– А что за факелы с голубым огнем?
– Тоже, наверное, приманки для тени. – предположила подруга.
К Каю подошли гвардейцы и попросили снять куртку с рубахой. Дикий Маг бодро стянул с себя промокшие предметы гардероба, оставшись голым по пояс. Он поймал мой взгляд и улыбнулся, расправил плечи. Голубое пламя делало его кожу еще смуглее, а испарина обрисовывала рельеф живота. Дикий Маг выглядел, как воин, которого готовят к схватке на арене. Не хватало только клинка и набердернной повязки. Темные локоны разметались над глазами, липли ко лбу и вискам. Я поняла, что слишком явно наблюдаю за ним, и Кай в ответ бросил на меня теплый, подбадривающий взгляд, но тут же прикусил губу. Я чувствовала его волнение, как собственное.
Вскоре прибыл и Кавар, от которого никак не могла отстать надоедливая стайка просителей и военных. Похоже, безопасник еле втиснул нас в расписание. Если императора во дворце уже не было, понятно, что теперь все «хозяйство» лежало на нем. Одет он тоже был в легкий светлый кафтан, правда с дорогущим плетеным позументом.
Нас с Льярой отвели за ширму и тоже попросили сменить платья на легкие накидки. Кавар расположился на своеобразном троне – там же, где всегда принимал делегации или просителей, – и подозвал меня.
В этот раз на мужчине не было капюшона, и в свете множества факелов я разглядела его лицо: выражение усталости и злости еще больше оттеняли его пронзительные светлые глаза, с едва голубой радужкой. Мышцы на высоких скулах постоянно напрягались, будто он старается унять раздражение. Его лицо обладало почти эльфийской чистотой черт, искаженной грубыми человеческими эмоциями. Верховный маг знал, какой эффект производит его облик. Он хотел, чтобы на него смотрели.
Когда я подошла, мужчина бросил взгляд на то, что еле скрывала полупрозрачная тога, в которую меня обрядили, но тут же посмотрел в глаза, как ни в чем не бывало.
– Натаниэлла, в прошлый раз, когда вы общались с тенью, что послужило причиной ее прихода?
– Я, милорд. – я ответила честно. Это единственное, что мне самой приходило в голову.
Кавар вскинул брови, и его взгляд стал еще более… испытывающим.
– Вы хотите сказать, что речь идет об интересе личного свойства?
– Да, милорд. – Кавар бросил насмешливый взгляд на Кая, а тот вложил максимум дерзости в ответную гримасу.
– Тогда у нас есть все необходимое. Прошу. – Кавар подал мне руку, чтобы усадить на стул рядом с собой, наблюдая, как рот Дикого Мага сжимается в напряженную полоску.
Я расположилась рядом, стараясь не ежиться от искрящего прикосновения.
«Магия влияния, магия влияния», – повторяла я про себя, как заклинание, вцепившись в ручки кресла. Это и работало, и не работало одновременно. Приятно воспламенять взгляд мужчины, пусть даже такого расчетливого. И такого могущественного. Желание нравиться сладким ядом просачивалось в душу.