Я качнулся, взяв курс на ванну и расслабон. Главное, чтобы они там реально были. Ну и, подлететь нужно осторожно, по краешку. Не хватало ещё под кипящий гейзер попасть.
Близкий отдых выкинул из головы вообще все мысли, я был на грани. Это, мать его, стало навязчивой идеей.
Мы пролетели через огромную россыпь камней — и приземлились на каменистый бережок прямо перед небольшим — три на четыре метра — круглым озерцом, исходящим паром.
Когда подошвы коснулись твёрдой земли, меня повело, и я завалился на спину. Ойкнувшая Валя успела отпустить меня, и осталась на ногах. Тут же кинулась ко мне.
— Максим! Ты как?
Я раскинул в стороны руки, глядя, как небо вращается перед глазами. Стало дурно, но я заставил себя осмотреться — и опасности не увидел. Только после этого с облегчением опустил веки. Выдавил:
— Норм. Всё норм. У меня регенерация, всё заживёт.
Я прервался, достал фляжку с водой. Приложился, и опустошил её. Стало чуть легче — по крайней мере, не драло горло, но вот желудок только сильнее скрутило.
— Оно прям сейчас заживает. Проблема в том, что это тянет из меня последние соки.
Я заставил себя подняться — мне помогла подскочившая Валя.
— В общем, ты мне нужна Валь. Как женщина.
*** Травка ***
— В общем, ты мне нужна Валь, — произнёс Максим, глядя на неё странным пьяным взглядом. Его шатало, что только усиливало впечатление. — Как женщина.
Ноги Вали дрожали, мышцы болели от напряжения — но в этот момент она забыла обо всём. К щекам прилила кровь, в животе запорхали бабочки.
— К-к-как?
Нет, она хотела этого. Очень хотела! Но — сейчас? Он же на ногах не держится, он же ранен! Как вообще сейчас можно думать про такое⁈
— Как женщина, — повторил он. А потом принялся опустошать инвентарь: вывалил целую кучу дров, бросил на землю щит, а на него уложил большой кусок мяса. Две деревянных рогатки и палку — на них парень подвешивал котелок над костром. Последним достал свой здоровенный рюкзак. Двигался Максим странно, и пользовался только правой рукой. Левая безвольно висела, и от этого за него было ещё страшнее. — Валя, мне надо поесть. Вопрос жизни и смерти. Наверно, лучше с бульона начать. Потом кашу и мясо. Провари хорошо, пожалуйста, в рюкзаке есть всё нужное.
— Дурак, — буркнула Валя, и надулась. «Как женщина» — это про готовку? Что за шовинизм? Ещё и покраснела сильнее из-за своих пошлых мыслей. Но по настоящему сердиться на Макса она не могла — после всего того, что он сделал.
И после того, до какого состояния он себя довёл сегодня.
А Максим… Он разделся, снова загнав девушку в краску. Правда, уже через миг она забыла обо всём — в том числе и о том, что он разделся полностью. Вообще полностью.
Совсем.
Во время ночёвки Валя видела его в футболке и трусах — он особо не стеснялся, когда залезал в спальник. Максим не качок, конечно — но и тощим он не был. Наоборот — очень рельефным, жилистым, с развитыми рельефными мышцами. Ну, этой ночью.
Сейчас он, похоже, потерял килограмм десять.
А ещё — чуть ли не всё его тело превратилось в один сплошной кровоподтёк, и было заляпано засохшей кровью.
— Макс…
Он улыбнулся Вале — и развернулся… к горячему источнику? Что, блин⁈ Девушка только сейчас осмотрелась и поняла, куда они вообще прилетели.
Максим вошёл в воду, неразборчиво бурча что-то под нос. Он шёл к середине озерца — и вокруг него расплывалась всё шире кровавое пятно. Смотрелось жутко, и даже от его голой задницы отвлекало.
В центре источника ему оказалось всего по грудь, и Максим сел, погрузившись в воду целиком. Когда прошло секунд тридцать, Валя забеспокоилась, но он вынырнул. Убрал залепившую глаза седую чёлку, вернулся к берегу, но не вылез — а улёгся, положив голову на камень, и закрыл глаза.
— Максим? — выдавила девушка. От устроенного представления она всё ещё пребывала в шоке.
Макс не ответил, и она подошла к нему, опустилась рядом на колени. Выдохнула с облегчением: парень уснул. Похоже, в тот же миг, когда его голова коснулась земли. Отрубился мгновенно, и на лице застыло выражение вселенского спокойствия и удовлетворения.
— Макс… — шепнула девушка, и на глаза навернулись слёзы. Всё это — из-за неё. Он ведь так и говорил: она сдерживает, замедляет. Когда Валя побила волков, думала, что-то изменится, и она быстро догонит Максима.
Вместо этого — её украл маньячина, а Макс — вытащил. Догнал, прошёл по подземелью, убил гигантского змея. На себе поднял по стенам, дрался с Вестником и Аватаром…
Потом ещё — то безумие в воздухе…
Валя нежно коснулась щеки максима, убрала со лба мокрые волосы. Наклонилась — и коротко поцеловала.
А теперь — еда. Пусть, когда он проснётся, увидит, что Валя тоже не бесполезна.
Пахло одуряюще. Валя тоже ужасно проголодалась. Солнце уже близилось к закату — а они ведь ели только утром.
В стороне вдруг раздался какой-то стук. Частый — и он быстро приближался. За пеленой пара сначала показалось что-то тёмное и большое, а потом…
Камнекраб
Уровень 37
Валя похолодела. Монстр был огромный — только в высоту чуть ли не в два её роста, а в ширину — в два раза больше, чем в высоту. Серый панцирь гигантского краба и вправду напоминал камень, а клешни легко могли перекусить девушку пополам.
Внутри полыхнула злость. Нет, она не балласт! Пока она тут, вреда Максиму никто не причинит! И еде Максима — тоже!
Душа Рыси прыгнула в руки, сомнения ушли.
Цепная молния!
*** Икар ***
— Максим, — где-то в темноте раздался нежный шёпот. Знакомый, да, и приятный — но я так не хотел выныривать из этого мягкого и такого спокойного забытья.
Но…
Ноздрей коснулся запах. Нет, ЗАПАХ! Запах варёного мяса и чёрного перца, и в моей блаженной темноте появился ещё и голод — жуткий, скручивающий желудок болью.
— Максим, проснись, ты должен поесть, — голос стал настойчивее. Валя?
Я распахнул глаза и резко сел. Вскочил, подняв брызги, и осмотрелся. В руки прыгнула Клементина — на автомате, необходимости в этом вроде бы не было.
Чёрт, до какого же состояния я убился, что просто уснул⁈ Оставил всё на девушку — ни осмотрелся нормально, нихрена. Даже банально — не был рядом, пусть и в состоянии полуовоща. Если бы на нас напали — так и сдох бы во сне.
И хорошо бы, если б хоть Валя успела свалить в инвизе.
И Лена… Труп не защитит сестру, не вытащит из дерьма, в которое нас окунула Система.
Красавчик, Икар, фигли тут скажешь. Продолжай в том же духе — и получишь премию Дарвина.
Уже почти стемнело: сгущались сумерки, на западе догорало оранжевое зарево заката. На берегу плясали языки огня — там Валя развела костёр. Котелок был отставлен в сторону.
Сама девушка держала в руках тарелку, исходящую паром. На меня она почему-то старалась не смотреть, отведя взгляд.
А ещё…
— Валь, вот эти три здоровых камня. Я, конечно, не в себе был, но я их не помню. Они откуда взялись?
— Это не камни, — отозвалась девушка смущённо. Чего она стесняется то? — Это крабы. Мне кажется, пришли на запах мяса. Я их убила. Ты не умеешь крабов готовить?
— Я умею готовить крабов, — я хмыкнул, опустил глефу — и через секунду вовсе убрал её в быстрый доступ. Посмотрел на Валю по новому. Точно, у неё и уровень уже тридцать третий.
Тут ещё и понял, что левая рука снова слушается. На лицо сама собой наползла улыбка, а организм, ненадолго мобилизовавший остатки ресурсов, снова послал меня нахрен, и я медленно сел, по грудь скрывшись в горячей воде.
— Ты молодец, Валь. Трудно было?
Девушка стрельнула в меня глазками, улыбнулась в ответ — и пошла ко мне. Наигранно-равнодушно ответила:
— Да нет, не особо. У меня молния и невидимость. Жалко, оглушение на них не действовало — но ничего. Твоё копьё очень выручило.
Девушка остановилась у воды, секунду медлила — а потом на ней предмет за предметом начала исчезать одежда, пока не остались только трусики и эластичный бинт на груди.
Даже в сумерках я разглядел, что лицо девушки стало пунцовым. И как смуглая кожа на теле покрылась мурашками — тоже.