— Моя мама любила помогать людям. Отец хорошо зарабатывал, она же тратила его деньги на помощь обездоленным. Как ты видишь, в фотографии она тоже понимала. Это ее работы.
— У нее талант, — сказала Джой.
— Был, — ответил Торн. — Мои родители умерли много лет назад.
— Соболезную…
Пока Джой продолжала разглядывать снимки, Конор наспех убрал раскиданные вещи в гостиной. Джой вошла как раз в тот момент, когда он закрывал ящик. Торн с улыбкой проследил за выражением лица Джой: ее взгляд остановился на огромной штанге и лежаке под ней. Многочисленные блины, навешанные с обеих сторон грифа, действительно, могли вызвать недоумение.
— Теперь понятно, почему ты такой здоровый, — Джой подошла к штанге, провела рукой по прохладному металлу.
— Не всем же боксерские мешки колотить, — ответил Конор. — Кому-то нужно и с серьезными весами поработать.
— И где были твои веса, когда я надрала тебе задницу на глазах у всего города?
— Я поддавался, — сказал Конор с улыбкой. — Не в моих принципах бить женщин. Да и насчет всего города… ты преувеличиваешь.
— Да-да…
Торн посмотрел на Джой: лицо обрело цвет, во взгляде вновь появилась искра. Она по-прежнему переживала, это читалось в каждом ее движении, но, по крайней мере, на какое-то время ему удалось отвлечь ее от скорби. Хоть небольшая, но все же победа.
— Я промокла до нитки, — сказала Джой. — Ничего, если я приму у тебя душ и высушу одежду?
— Моя ванная в твоем полном распоряжении. Вторая дверь справа, — Конор указал на коридор. — Полотенца чистые. Бери любые.
Пока Джой принимала душ, Торн достал из холодильника остатки курицы, разогрел ее в микроволновке. Наспех слепил несколько сандвичей. Порезал ножом фрукты. Кусок банана отлетел в сторону, словно голова преступника, которого казнили на гильотине. Торн налил два бокала вина, хоть и знал, что Джой не пьет. Вряд ли она вообще притронется к еде, но Конор хотел сделать хоть что-нибудь, лишь бы не сидеть на диване, дожидаясь ее возвращения. Он так сильно суетился, что несколько раз чуть не наступил на своего робота, ползающего под ногами.
— Не раздави малыша…
Торн повернулся на голос. Джой стояла в проходе обмотанная белым полотенцем. В глаза сразу же бросились следы от сведенных татуировок на ее плечах и руках. Кое-где проглядывались пятна, которые удалили пока что не до конца.
— Футболку одолжишь? — спросила она.
Конор сходил в комнату и принес чистую черную футболку. Кинув ее Джой, он отвернулся. Торн не хотел подглядывать, но отражение Джой на экране телевизора само бросилось в глаза.
Стоя к Конору спиной, Джой скинула полотенце. Смуглая ровная кожа, мускулистое, но в то же время женственное тело. Конор видел бои Джой: раньше она больше смахивала на атлетичного парня. Сейчас же, набрав несколько килограммов, фигура Феникса выглядела потрясающе. Круглые плечи, небольшая ложбина на спине вдоль позвоночника. Упругие ягодицы с двумя милыми ямочками по бокам. Рельефные ноги, подтянутые икры. Тренированное годами тело приковывало взгляд.
По сравнению с теми девушками, которых Конор цеплял в барах для встреч на одну ночь, Джой Грин была на недосягаемом уровне. Торн молча хлопал глазами, не в силах оторваться от телевизора с обнаженной напарницей в отражении.
Джой надела футболку. Та спускалась ей почти до колен, прикрывая всю красоту, которую Конор оценил секундами ранее.
— Можешь повернуться, — сказала она.
Конор выдохнул, почесал подбородок. Пытаясь не выглядеть нашкодившим подростком, он произнес:
— Пожалуй, тоже приму душ. Я разогрел курицу. Есть сандвичи. Если захочешь перекусить, то…
— Я разберусь. Спасибо, — коротко ответила Джой, сев за стол.
Включив горячую воду, Торн так яростно орудовал мочалкой, словно пытался стереть с себя все похабные мысли. Джой только что потеряла отца. Какого лешего он вообще пялился на нее голую? Что он за человек-то такой? Но, черт возьми, как же она прекрасна. Раньше Джой Грин могла вызвать лишь страх в глазах своих соперников, сейчас же, Конор приходил в трепет, вспоминая ее обнаженную спину.
Торн надел чистую майку и шорты. Босые ноги спрятал в тапки. Вернувшись в гостиную, он спросил:
— Ну, как ты тут?
Джой сидела за столом совершенно неподвижно, держа в руках бокал, наполненный вином. По ее щекам текли крупные слезы, хотя лицо Джой не выдавало никаких эмоций. Со стороны она напоминала статую. Прекрасную холодную статую, в которую забыли вдохнуть душу.
Сидя на стуле, поджав ноги, Джой сама на себя не была похожа. Торна охватило чувство всепоглощающей тоски. И лишь только после того, как она моргнула, Конор смог вернуться в реальность. Горько сглотнув, он подошел к столу и посмотрел на напарницу.