Последние пару лет они жили за границей. Калебу предложили место в одной из самых известных пластических клиник во всем мире, и он согласился. Линдси уехала с ним, не задумываясь. Возможно, она, как и он, хотела сбежать от своего прошлого. Начать все с чистого листа. Крейг надеялся, что хотя бы здесь она обретет покой.
На новой работе Калеб познакомился с чудесной женщиной и вскоре у них закрутился роман. Он уже и не думал, что когда-то найдет человека, которого сможет впустить к себе в сердце. Но это все же случилось: чувство влюбленности, ощущение крыльев за спиной. Крейг вновь дышал полной грудью, устремив свой взгляд вперед, а не оборачиваясь постоянно назад. Тем печальнее ему было видеть Линдси, которую прошлое так и не отпустило.
В отражении зеркала Крейг видел самую красивую женщину на свете, но счастья в ее глазах не было. Даже спустя столько лет она оставалась запертой в катакомбах Архитектора… Ей так и не удалось оттуда сбежать.
Линдси прикоснулась к груди, проведя рукой по шраму. Единственному напоминаю в ее обновленной внешности об ужасах прошлого. Месте, в которое Джой вонзила клинок. Месте, которое изменило все…
— Я умерла, Калеб, — сказала она. — Ты знаешь это не хуже меня. То, какой я попала на твой стол… То, какой я стала сейчас.
Линдси убрала руку от шарма, отвернулась от зеркала. Подойдя к кровати, она взяла свою одежду.
— Ты проделал грандиозную работу, — Линдси надела нижнее белье, натянула кофту, джинсы. — Спасибо, что вернул мою внешность. Жаль с тем, что внутри, нечто подобное провернуть не удастся.
Крейг знал, что она уходит. По ее взгляду он понял: пришло время прощаться. Линдси была для него как дочь. Он любил ее всем сердцем, но помочь ей не мог. На протяжении долгих лет они вели войну с ее внутренними демонами… одержать победу им так и не удалось
Линдси подошла к Калебу и поцеловала его в щеку, словно отца:
— Ты спас меня. Показал, что как бы плохо ни было, всегда можно все исправить. Твое мастерство создало меня заново. Подарило надежду на новую жизнь. Ты открыл мне целый мир, — Линдси ласково погладила отросшую бороду Крейга. — Я долгие годы бежала от самой себя. Искала выход из западни. Но выход лишь один… Пришло время вернуться в Глум Сити и дать бой своему кошмару.
— Линдси, девочка моя…
Калеб ни разу не видел, чтобы она плакала, но в это миг он мог поклясться, что ее глаза намокли.
— Я перепробовала все. Ничего не выходит. Увы… Мне нужно уничтожить ее. Только так я смогу нормально спать по ночам. Лишь смерть Джой Грин подарит мне освобождение, — обняв Калеба на прощание, Линдси сказала: — Будь счастлив, хирург.
Она ушла, закрыв за собой дверь. Крейг остался стоять в пустой комнате, вдыхая аромат ее духов. Линдси больше нет. Но теперь перед ним открыты все пути.
В кармане завибрировал телефон. Достав мобильник, Калеб увидел сообщение от своей любимой женщины: фотография с изображением положительного теста на беременность.
***
С улыбкой на лице прикрытая белой простыней Джой лежала рядом с Конором, обнимая его широкую грудь. У нее умер отец и она должна скорбеть, обливаясь слезами, но случилось так, что лишь после гибели Фрэнка Чейза, Джой смогла до конца завершить свою метаморфозу. Она гладила рукой любимого мужчину, проведя с ним потрясающую ночь. Они лежали в объятиях друг друга, хотя несколько дней назад Джой и подумать о таком не могла.
Что это значит? Неужели только потеряв всех — Линдси, маму, отца, — Джой удалось стереть прошлое и начать все заново с чистого листа. Она должна бегать, как сумасшедшая, по всему городу в поисках убийцы Чейза, но все чего Джой хотела в данный момент — это еще раз поцеловать Конора. Плохой ли она человек? Ужасная ли она дочь? Возможно… Но именно сейчас, положив голову на грудь Торна, слушая его сердцебиение, Джой узнала, что такое быть по-настоящему счастливой.
— О чем думаешь? — Джой взглянула в окно на солнечные лучи раннего утра.
— Почему ты пропустила тот удар? — спросил Конор, проведя рукой по ее волосам. — Пятая защита титула. Полный зал. Сотни тысяч зрителей перед экранами телевизоров. Феникс громит соперницу, не оставляя той ни единого шанса. Бой в одну калитку. Везде кровь, — Торн повернул голову и взглянул на Джой. — И ты просто замираешь… Что случилось?
— Я каждый день смотрю в зеркало, вижу шрам у себя на брови и вспоминаю тот вечер, — ответила Феникс.
— Расскажешь?
— Я увидела Линдси, — Джой зажала в кулаке простыню. — Не знаю почему. Она стояла возле клетки, как обычно надувала свой пузырь из жвачки и выглядела так, словно ничего не случилось. Ни шрамов, ни порезов, ни ран.