Секунду она непонимающе смотрела на меня. Потом ойкнула, сразу же опустив ноги. И возмущённо заявила.
— Можно было сразу сказать.
Поднимаясь на ноги, я усмехнулся.
— Забыла, что я рассказывал про гарем из твоих соплеменниц?
Насупившись, дева тоже вскочила на ноги. Взяв в руки платье, на миг задумалась. Скосила на меня глаза. После чего уверенным шагом направилась в ванную комнату.
Спустя десять минут мы спустились в зал гостиничного ресторана. Она — всё в том же коротком красном платье, а я одетый в форменные штаны и рубашку божественного повара.
Кирилл с Владиславой уже были тут — дева явно скучала, озираясь по сторонам, а нобиль с лёгким раздражением читал газету. Мельком глянув на нас, приветственно кивнул, сразу же вернувшись к чтению.
Его спутница вздохнула. Тихо и с хорошо различимым оттенком разочарования вздохнула. А в ресторан влетел радостный Ровер, которому безумно надоело в одиночестве бегать по окрестностям.
Устремившись к столу, внезапно круто свернул в сторону. Ловко подхватив выпавший у пожилой дамы рожок мороженого, закрутился на месте от восторга. Скаля клыки и яростно размахивая хвостом. Та же изумлённо уставилась на место, куда должно было приземлиться лакомство. Потом взглянула на идущего мимо официанта, которого подобное зрелище заставило притормозить.
— У вас прекрасная система защиты. Я такого даже в столице не встречала. Обязательно буду рекомендовать всем знакомым.
Разубеждать он её, после секундного размышления, не стал. Вместо этого нейтрально заверив, что отель делает всё, чтобы его гости чувствовали себя максимально комфортно.
Когда та продолжила путь, мужчина ещё немного постоял, пристально рассматривая пол. Но в конце концов лишь пожал плечами и двинулся к столику, которому относил заказ.
Я же покосился на хищно оглядывающегося Ровера. Красть еду и любые припасы, ему было запрещено. Но падающее мороженое под эту формулировку не подходило. Так что теперь пёс выискивал других неловких посетителей. Вкус лакомства ошеломил его настолько, что зверь буквально жаждал проглотить ещё одну порцию мороженого. А лучше сразу полсотни.
Пришлось его немного расстроить, дополнив перечень запретов. Тот в ответ возмущённо рыкнул, транслируя образ того, как бедолагу-ретривера морят голодом.
Отреагировать на это я уже не успел — на столешницу опустилась отброшенная газета, а на меня уставились возмущённые глаза Пересветова.
— Я бы их всех перевешал! Каждого. Как такое вообще писать можно?
Увидев на моём лице вопросительное выражение, шумно выдохнул. Потом придвинулся к столу, положив на него руки.
— Этой ночью погиб дядя императора. Поганище прямо вокруг его резиденции появилось. Пишут так, по крайней мере.
Он презрительно покосился на газету, которую только что читал. Снова взглянул на меня.
— Михаил Первый был выбран наследником и коронован после смерти отца. Но старшим в династии оставался Олег. Его дядя. Многие поговаривали, что за кулисам у него влияния не меньше, чем у императора.
Я с интересом посмотрел на бумажное издание. Гнездо навей, возникающее около усадьбы, что наверняка была хорошо защищена — наверняка рукотворное. Элементарный вывод, который придёт в голову каждому, кто хотя бы немного знаком с вариантами образования свежих гнёзд.
Отталкиваясь же от слова юного нобиля, несложно было додумать и всё остальное.
— Теперь монарха обвиняют в убийстве?
Кирилл с угрюмым видом кивнул.
— Вчера резиденцию посещал Светлейший князь Морозов. Газетчики намекают, что он мог подбросить заразу. Представляешь? И про дочь его пишут. Пронюхали уже про её визит сюда.
Переплетя пальцы рук, сжал их так, что те побелели. Мрачно продолжил.
— Пишут, что «по слухам», Её Сиятельство Снежана Морозова посетила усадьбу одного из дворян Омской губернии. А в процессе визита, тот мол превратился в упыря и был ею убит. И никаких больше деталей. У меня в голове не укладывается — как в такую чушь вообще верить можно? Почему эти газетчики ещё не в казематах?
Судя по эмоциям, которые я ощущал, Пересветов был искренне зол. Так что напоминать ему о свободе прессы, которую законодательно закрепил предыдущий правитель, я не стал. Дворянин и так должен был прекрасно это знать.
А вот ситуация в целом, мне не нравилась. Убийство члена династической фамилии — это серьёзно. Как и обвинение в этом союзников молодого монарха. Самого дядю императора я не знал и потому оценивать его гибель не мог. Возможно тот был отличным человеком, а может быть и последним мерзавцем. Всякое бывает.