«И когда, наконец, это приключение закончится», – мысленно вздохнул он. – «Ибо если оно ещё немного затянется, то я начну чувствовать себя старым и усталым». Инквизитор никогда не одобрял задачи, требующие кровавых боёв и погонь по бездорожью. Вместо того, чтобы размахивать мечом, он предпочитал пользоваться разумом, и вместо того, чтобы ночевать под деревом в кольчуге и сапогах, он предпочитал проводить ночи в уютной комнате, на удобной постели. Предпочитал не перерезать людям глотки, а обманывать их разум, не угрожать, а убеждать. К сожалению, его вкусы имели мало общего с реальностью повседневной жизни...
«Какую историю рассказать Бастарду, чтобы он не приказал содрать с этого парня кожу?» – Задумался Ловефелл, поскольку знал, что Мордимеру не помог бы даже рассказ о том, что он по собственной воле покинул мятежников и собственными руками отправил нескольких из них в ад. Он участвовал в восстании, и этого было достаточно, чтобы его осудить. Может, в виде особой милости Бастард велел бы просто повесить черноволосого... И вдруг инквизитору пришла в голову отличная идея.
– Мы скажем, что ты недавно стал послушником, – решил он. – Ты знаешь латынь, а это более чем хорошо, ибо её мало кто знает даже среди монахов и учёных.
– Я и монастырские обычаи тоже хорошо знаю, потому что в Кобленце... – начал было Мордимер, и вдруг замолчал.
Ловефелл притворился, что ничего не заметил, но, конечно, сохранил в памяти неожиданное признание парня. Итак, он жил в одном из кобленецких монастырей. По какой причине он там оказался? Может, его родители умерли, и его отдали в святую обитель на воспитание? Так случалось достаточно часто, особенно если ребёнок был сообразителен, достаточно образован и подавал надежды на будущее.
– Помалкивай, когда тебя не спрашивают, а если тебя о чём-то спросят, отвечай кратко и по существу. Не вдавайся ни в какие подробности. Наша история звучит следующим образом: месяц назад тебя приняли в монастырь в Винтранге...
– Простите, господин, осмелюсь вас прервать, но разве эти крестьяне не говорили, что в Винтранге находится женский монастырь?
Ловефелл с удовлетворением принял эти слова, которые свидетельствовали о том, что парень не только запоминает сказанное, но ещё и умеет использовать приобретённые знания.
– В Винтранге два монастыря, – пояснил он. – Женская обитель, в честь Святой Урсулы, и мужская, Братьев Меча Господня.
– Понятно.
– Единственные на свете эти монахи ходят в буро-красных одеяниях, опоясанных белой верёвкой. Знаешь, почему?
– Красный цвет означает кровь, пролитую во славу Господа, в то время как белый – невинность этого поступка, – быстро ответил парень. – Аббат мне объяснял.
– Очень хорошо, Мордимер, – похвалил его Ловефелл, довольный также и тем, что вновь получил очередную информацию о подопечном. – Кроме того, у них достаточно свободный устав, позволяющий им выходить из монастыря, толковать Слово Божие и так далее, и так далее. Впрочем, этого ты знать не должен, поскольку ты всего лишь недавно принятый послушник.
– Так точно, господин.
– Когда мятежники заняли монастырь, ты сбежал и прятался в лесу, пока я тебя не подобрал. Не думаю, чтобы кто-то захотел тебя слишком подробно об этом расспрашивать, но лучше, чтобы на всякий случай ты был к этому подготовлен. Понимаешь?
– Да, господин.
– Лучше держи рот на замке и не лезь людям на глаза. Помни, мальчик, что человек разумный всегда предпочитает стоять в стороне, ибо свет гораздо лучше виден, когда мы сами сокрыты во тьме.