Принц снова закрыл глаза, и его дыхание стало ровным. Но в тот миг, когда он произнёс эти слова, я поняла: переломный момент настал. Тьма ещё сильна, но свет начинает пробиваться сквозь тьму.
Однако леди Эвридика не собиралась сдаваться. Её взгляд, полный такой лютой, бездонной ненависти, что кровь стыла в жилах, впился в меня.
— Это ничего не доказывает, — прошипела она так, что слышала только я. — Он обречён. И ты вместе с ним.
Она развернулась и вышла, оставив меня в кольце враждебных взглядов. Я стояла, глядя на спящего принца, чувствуя, как по спине ползёт ледяной холод. Да, он пришёл в себя. Но теперь я поняла настоящую цену этого пробуждения.
Война только началась. И следующая атака будет направлена не на него, а на меня.
Я оглядела комнату — придворные перешёптывались, бросая на меня косые взгляды. Слуги отводили глаза, словно боясь встретиться со мной взглядом. Только Элара, юная служанка, которая помогала мне собирать травы, смотрела с сочувствием и поддержкой. Её взгляд говорил: «Мы справимся. Я с тобой».
Я подошла к окну и посмотрела на ночной пейзаж. Луна освещала сад, превращая его в сказочное царство теней и света. Где-то вдалеке слышался шёпот ветра, словно он рассказывал мне тайны этого замка. Я закрыла глаза и прислушалась к своим чувствам. Внутри меня бушевала буря — страх, надежда, решимость. Но я знала одно: я не отступлю. Я должна спасти принца, несмотря ни на что.
Вернувшись к постели принца, я взяла его руку в свои. Она была холодной, но уже не такой безжизненной, как раньше. Я прошептала ему слова утешения, пообещав, что буду рядом, пока он не поправится полностью.
В ту ночь я не сомкнула глаз. Я сидела у его постели, наблюдая за каждым его вздохом, каждым движением. В моей голове роились мысли — о том, как противостоять леди Эвридике, как укрепить силы принца, как найти способ окончательно победить тёмную энергию.
С первыми лучами рассвета я почувствовала, как усталость накатывает волнами. Но вместе с тем во мне росла уверенность — я на правильном пути. Принц идёт на поправку, и я сделаю всё возможное, чтобы помочь ему полностью исцелиться.
Но я также знала: это только начало. Настоящая битва ещё впереди.
Глава 7
Той ночью сон не пришёл ко мне. Вместо него накатила волна чужих воспоминаний, вырвавшихся из глубин сознания Каэля. Я металась на тонкой грани между явью и забытьём, а его прошлое прожигало мою душу, словно раскалённое клеймо. Каждое видение врезалось в сознание с болезненной ясностью, не оставляя места для сомнений: это были не сны — это была правда, спрятанная за завесой лет.
Вот он, мальчишка с золотыми глазами, бежит по цветущему лугу, залитому полуденным солнцем. Его смех звенит чище колокольчиков, а ветер играет с непослушными прядями волос. За ним гонится женщина с добрым лицом — королева? Её руки протянуты к нему в любящем порыве, в глазах — безграничная нежность. На мгновение я почувствовала тепло её любви, словно оно коснулось моей кожи.
Картина сменилась резко, будто кто‑то перелистнул страницу книги. Теперь он — юноша на тренировочном плацу, сжимает меч с безупречной выправкой. Движения точны, осанка идеальна, но в его глазах — не гордость за успехи, а тяжесть долга, которую он несёт с детства. И тень. Всегда эта тень высокого, строгого мужчины в тёмных одеждах, чьё лицо я не могла разглядеть. От него исходил такой холод, что даже в воспоминании я почувствовала, как по спине пробежал ледяной озноб. Его голос, глухой и властный, звучал в моей голове: «Ты должен. Ты обязан. Ты — наследник».
А потом… тьма. Что‑то скрытое, глубоко запрятанное, словно рана, которую боятся трогать. Очертания кого‑то, кого он бессознательно отталкивал, боясь признать. Шепот, полный яда и обещаний, проникал в сознание, обволакивая разум липким страхом. И пронзительный, ледяной укол в сердце, от которого душа Каэля сжалась в комок ужаса. Я ощутила эту боль так ясно, будто она пронзила и моё тело.
Я проснулась с криком, зажатым в подушке. Сердце колотилось так бешено, что, казалось, готово было вырваться из груди. Одежда прилипла к спине от холодного пота. Дыхание вырывалось прерывистыми всхлипами. Это было не просто болезнь. Это было нападение — целенаправленное, жестокое, продуманное. Кто‑то намеренно разрушал его изнутри.
На следующее утро, едва дождавшись рассвета, я отправилась на поиски Халоэрта. Он укрывался в самой дальней башне замка — месте, куда редко ступала нога придворных. Узкая винтовая лестница вела вверх, в полумрак, где пахло пылью, временем и тайной. Его келья была завалена свитками, засушенными травами, старинными фолиантами. Всё здесь дышало мудростью веков и тяжёлым грузом знаний, которые не каждому дано постичь.