Андрей осторожно снял с себя плед и попытался встать с дивана.
— Я, пожалуй, пойду к себе.
Глава 5
Вика испугалась, что обидела его своими словами и готова была уже броситься к нему с мольбой о прощении, это было слишком низко и подло, уколоть его в такой момент. Неважно, что было правдой, а что нет.
— Уверен? — опередил её Лёша.
— Я чувствую, как меня от таблеток срубать начинает. Если я не дойду сейчас до своей кровати, где упаду, там и буду валяться, как мешок с картошкой.
— Ты можешь остаться у меня, — Вика оказалась рядом, и помогая ему подняться, потому что он не совсем твёрдо стоял на ногах, но в то же время, не желая его отпускать.
Хотелось обнять его, прижаться, и шептать до бесконечности: прости, останься, прости, останься…
Андрей воспользовался её помощью, но обнимать в ответ не стал, что болью отдалось где-то под рёбрами. Всё-таки задела за живое. Разумов поднялся и собрал со стола упаковки с лекарствами, разбросанные в спешке. Потом подошёл к Андрею и подставил плечо, чтобы тот мог на него опереться и отпустить Вику. То ли ему действительно нужна была помощь, то ли он понимал, что отбрыкаться от гиперопеки друга сейчас просто нереально и не стоит пытаться.
— Ты как? — прошептала она Андрею, заглядывая в глаза снизу с высоты своего роста.
— Лучше, — он всё же легонько приложился к её губам. Но невесомо, будто подругу, и не было между ними до этого страсти и непреодолимого желания сжимать друг друга в объятьях вечность. Или он просто стеснялся проявлять чувства перед другом. Лучше от этой мысли не становилось, потому что она понимала, что это заплатка для самоуспокоения.
— Спасибо вам. И вы правы, — вдруг опустил голову Андрей, — я слишком много на себя взял, бросив таблетки. В итоге подавился. Но к ветеранам я не пойду, — добавил он упрямо.
Разумов фыркнул что-то со смыслом: ну кто бы сомневался, но я тебя всё равно продавлю, вот увидишь.
— Что будешь делать с этой? — резко спросил Разумов, но тут же поправился, ещё до того как Андрей успел кинуть на того недобрый взгляд, — с Ольгой. Она надолго, я так понимаю?
— С ней я разберусь. Дай мне время.
— Она не будет… — Вика запнулась. Что сказать: обижать тебя? Расстраивать? Шантажировать, угрожать… любить? — Нервировать тебя?
— Я с ней три года жил. Справлюсь. Тем более что сейчас у меня уже вата в голове. Вряд ли сможет пробиться. Пойдём, пока я ещё могу.
Он потянул за собой Разумова, который очень быстро перехватил инициативу и роль ведущего. Вике осталось только последовать за ними, проводить обоих и убедиться, что они зашли в соседнюю квартиру и закрыли за собой дверь. Какое-то время постояла, глядя на холодный чёрный металл закрытой двери.
Какая же она дура.
Может, она простояла слишком долго, но из двери вдруг вышел Алексей и очень удивился увидеть её там.
— Ты чего тут торчишь? — неодобрительно нахмурился он.
— Я не хотела его обидеть, — неожиданно для самой себя ответила Вика.
— Может, и не хотела, — неопределённо ответил, не давая ей шанс себя успокоить.
— Как он?
— Уснул, не успев коснуться подушки. На него эти успокоительные всегда так действуют. Зато когда просыпается, ему намного легче.
— Как в прошлый раз? — вспомнила она инцидент на пляже, когда Андрея тоже пришлось накачать.
— Вроде того, — Разумов был слишком угрюм. Даже хуже, чем до этого.
— Что случилось?
— Да, — отмахнулся он, но всё же ответил, — расположилась там как дома. Шмотки свои уже разложила. Спать с ним в одну постель улеглась. И ведь он не против! Диван, говорит, жёсткий.
— Диван мягкий, — уточнила Вика. Она проверяла.
— Я знаю! Я спал на нём! Только этот баран скорей сам на него ляжет, чем её отправит. Сегодня я его в кровать затолкал, пусть спит как человек. Потом… не знаю, что потом.
— Потом разберёмся, — решила закончить Вика и приободрить Разумова. Даже ему иногда нужна поддержка.
— Надеюсь. Не нравится мне всё это.
— Из-за Ольги? Я разговаривала с ней, пока она сидела у меня дома. Мне она показалась вполне адекватной, — эти слова Вика произносила, и сама удивлялась, зачем говорит. Уж кто, а она к ней не испытывала тёплых чувств, видя в ней откровенную соперницу и угрозу своим отношениям с Андреем. Да что там, приближающуюся катастрофу чувствовала. Возможно, и Алексей тоже чувствовал что-то подобное. Это могло сделать их союзниками во имя блага Андрея, подумала Вика. Хотя с чем они собрались бороться? С беременной женщиной? С ребёнком?