Я стояла в толпе гостей, наблюдая за ними. И вдруг почувствовала чьё-то движение рядом. Плечо к плечу. Тёплое дыхание, запах лёгкого мужского парфюма и что-то... непривычное.
Я обернулась — и столкнулась с ним. Бокал выскользнул из руки. Шампанское разлилось по полу, стекло разбилось.
— Cazzo... — выдохнул он тихо, почти с усмешкой. Потом добавил уже по-английски: — Простите. Я не смотрел, куда иду.
Он был высокий, с тёмными волосами и глазами цвета крепкого кофе. Костюм сидел идеально, но не в нём была суть — в том, как он держался. Уверенно. Слишком уверенно.
— Всё в порядке, — сказала я спокойно, хотя пальцы дрожали.
— Я испортил вам платье, signorina — мисс. Позвольте исправить?
Я подняла бровь.
— Как? Купите мне новое платье?
Он усмехнулся.
— Платье нет. Но могу подарить танец.
Я собиралась ответить что-то колкое. Но музыка вдруг стала мягче, медленнее и прежде чем я успела возразить, он протянул руку. Его ладонь — сильная, уверенная, теплая. Я вложила свою, даже не поняв, зачем.
Мы вышли в центр зала. Он держал меня чуть ближе, чем позволял этикет, но не настолько, чтобы можно было возразить. Я ощущала запах его кожи, лёгкий, терпкий, как дорогой табак.
— Как тебя зовут? — спросил он.
— Лавия, — ответила я. — А тебя?
— Чезаре.
Я моргнула. Имя ударило, как звон металла. Моретти. Конечно. Брат жениха. Сын Дона Ордена.
Он смотрел прямо в глаза — спокойно, будто знал, что я узнала его.
— Значит, ты приехал из Палермо, — произнесла я.
— Верно. А ты — из Нью-Йорка. Дом Капелло, да?
— Ты хорошо осведомлён.
— В нашем мире грех не знать имена врагов.
Он сказал это с лёгкой улыбкой, и всё равно я почувствовала мурашки по коже. Не страх. Что-то другое.
Музыка текла, медленно, будто время остановилось. Он танцевал уверенно, не давал шанса вырваться. И при этом в его движениях не было ни капли грубости. Только спокойная власть.
Когда мелодия закончилась, он не сразу отпустил мою руку.
— Спасибо за танец, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Principessa mia. — Моя принцесса.
Я не ответила. Не смогла. Он отпустил меня и ушёл, растворяясь в толпе.
Я стояла посреди зала, чувствуя, как сердце стучит где-то в горле. Имя Чезаре Моретти повторялось в голове снова и снова, как опасное заклинание. Я ещё не знала, что оно изменит всё.
2 глава.
Прошла неделя.
Но я всё ещё слышала ту мелодию. Иногда, когда в доме становилось слишком тихо, я ловила себя на том, что ритм шагов возвращается в память. Его рука на моей талии. Его голос, хриплый, уверенный. «Спасибо за танец, principessa mia.»
Я не должна была думать об этом. О нём. О мужчине из семьи Орден, чьё имя само по себе было предупреждением.
Нью-Йорк встретил нас дождём. Тяжёлым, липким, как будто город сам устал притворяться. Дом Капелло стоял на окраине, за высокими воротами и стенами из камня, будто время не могло пробиться внутрь. Мир снаружи жил, а внутри всё было неизменно. Папа обсуждал дела за ужином, братья говорили о поставках, о людях, о контроле над территориями. Я молчала.
Всё казалось прежним. Только я — нет.
— Лавия, — папин голос заставил меня поднять взгляд. Он сидел во главе стола, спокоен, но взгляд холоден, как сталь. — Что с тобой?
— Ничего, — ответила я. — Просто устала с дороги.
— Ты слишком много молчишь. Девушка твоего возраста должна смеяться.
Мама улыбнулась краем губ.
— В нашем доме девочки смеются только, когда им разрешают, — тихо заметила она.
Папа бросил на неё взгляд, от которого повисла тишина.
Я сделала глоток вина. Оно было горьким. Я вспомнила шампанское — лёгкое, сладкое, как смех, который тогда сорвался у меня на губах, когда он сказал: «Позволь мне искупить вину танцем».
— Я выйду на минуту, — сказала я, вставая из-за стола. Папа не возразил. Мама лишь посмотрела вопросительно, но ничего не сказала.
В коридоре пахло воском и розами. Розами?
Я прошла дальше — и остановилась. В гостиной стояла корзина. Не просто корзина — огромное белое плетёное чудовище, заполненное до краёв алыми розами. Я никогда не видела столько цветов сразу. Их было… сотни. Может, больше. На верхушке — маленький конверт, перевязанный чёрной лентой.
Я достала его. Бумага пахла дорогим парфюмом и табаком. Записка — короткая, написанная ровным почерком:
Спасибо за танец, Лавия. — Ч.М.
Я почувствовала, как перехватило дыхание. Не страх. Что-то другое. Пальцы дрожали, пока я читала эти три слова снова и снова.