— Какие мы однако стали смелые, — пробормотал Квентин, но пламя потушил.
— Нужно уходить, — сказала она, встряхнув волосами. — Сейчас же.
— А где конец этой рощи?
— Далеко! Тебе мало приключений на сегодня? Мы возвращаемся в цитадель.
Он посмотрел на нее своим странным изучающим взглядом, после чего улыбнулся.
— Что ж, я бы поспорил, однако вижу, что ты и так расстроена.
Собственная победа изумила ее, но девушка тут же решительно кивнула и отчеканила:
— Вот именно.
Порыв ветра заставил Шион поднять голову. Небо уже очистилось от ледяных туч, а со стороны цитадели послышались громкие голоса.
— Шион! Шион! Где вы?
— Мы здесь! — отозвалась она, прижав ладони рупором ко рту.
Она мельком взглянула на Квентина.
— Нам пора…
Блеск металла среди зелени привлек ее внимание. Губы Шион дрогнули в недоумении, и она нахмурилась. Когда она присмотрелась получше, ей удалось разглядеть наконечник стрелы, которая дрожала на тетиве лука.
— Квентин, берегись! — закричала она.
Предупреждение запоздало. Стрела просвистела в воздухе, и маг упал как подкошенный. Шион бросилась в сторону, откуда пришла атака, однако замерла, когда услышала сдавленный стон Квентина. Вне себя от ужаса, она опустилась перед ним на колени и судорожно выдохнула. Стрела угодила в предплечье, и рукав рубашки уже окрасился кровью.
— Вот проклятье, — пробормотал Квентин. — Это яд…
— Что ты говоришь?
— Яд… Я не исцеляюсь, потому что… Ты только не пугайся, но кажется, я сейчас потеряю сознание…
Он едва успел выговорить эти слова и уронил голову. По его лицу расползлась страшная бледность, и Шион в отчаянии закричала:
— Сюда! Помогите! Он ранен!
Послышались громкие шаги, и воины цитадели наконец показались среди бамбуковой зелени. Шион задыхалась от страха.
— Скорее сюда… — позвала она. — В него выстрелили, нужно вытащить стрелу.
— Не здесь, — предупредил ее один из воинов. — Сперва доставим его к лекарю.
После того, как Снежный Лис отступил, люди вновь заполнили улицы. Когда они увидели воинов, которые тащили окровавленного чужестранца, поднялся страшный гвалт. Кто-то хватал Шион за руки, теребил рукав ее наряда, но она едва это замечала. Весь мир для нее стал мешаниной цвета и шума. Только когда они оказались в комнате Квентина, она пришла в себя. Лекарь, которого вызвал кто-то из воинов, поспешил к раненому и выгнал из опочивальни всех, кроме Шион. Девушка оставалась в углу комнаты, пока врач осматривал странника. Ощущение собственного бессилия заставляло ее мелко дрожать.
— Я дал ему двойную порцию сонного зелья, — сказал лекарь наконец. — Он проспит всю ночь и, пожалуй, все утро. Я зайду перевязать его завтра после обеда, однако проследи за раной. Если начнется сильное кровотечение, позови меня.
Шион лишь кивнула. Лекарь покинул комнату, и девушка медленно приблизилась к кровати. Квентин был все еще бледен, однако это было не в новинку. Дышал он ровно, и лицо его было расслабленным. Шион коснулась его лба и тотчас отдернула руку. По крайней мере, лихорадки не было.
Через несколько минут младший магистр вошел в нефритовую опочивальню, и Шион приготовилась каяться в собственной бесполезности.
— Ты видела, кто стрелял?
— Все произошло так быстро! Но, магистр, если мои глаза на обманывают, на нападавшем была маска, которую носят люди из клана Безликих.
Магистр нахмурился и посмотрел на чужеземца.
— Ясно. Не говори ему ничего. Незачем пугать гостя.
Шион наклонила голову, сдерживая слезы.
— Как прикажете…
Остаток дня она оставалась в комнате со спящим Квентином. Шион поняла, что его жизнь вне опасности, однако страх не отпускал. За всю свою жизнь она не попадала в настолько опасную ситуацию. Клан Безликих вернулся в долину? Неужели кто-то заказал убийство Квентина? Да кому он мог мешать?
Тут Шион пришлось признать, что она ничегошеньки не знает о благородном госте, которого поручили ее заботам. Возможно, у него были враги… Возможно, цели его визита не были мирными… Она вздохнула и присела у кровати раненого. Квентин вовсе не казался ей плохим человеком. Он защитил ее в бамбуковой роще. Однако сложно было сказать даже тогда, что у него на уме… Кроме того, он носит отметку демона.
Утром другого дня Шион отправилась в трапезную за завтраком. Когда она вернулась в комнату и поставила поднос на стол, Квентин начал бормотать во сне. Он то и дело хмурился, и Шион решила, что его терзает боль. Девушка присела на край кровати и легонько провела пальцами по его лбу. Черты лица странника были безупречными. Сейчас с сомкнутыми веками он был очень красив. Пожалуй, только его странные глаза делали его внешность необычной.