«Так зачем мне рисковать работой, пытаясь его переубедить?» Но губы уже задвигались, словно обретя собственную жизнь:
– Но почему бы не отложить Трансценденцию, Фам? Дайте себе труд разобраться, как обстоят дела в Запределье. Вас охотно примут почти в любой цивилизации. На человеческих планетах ваш визит станет событием эпохи.
Просверком донюйорского человечества. Местные группы новостей Сьяндры Кей считали поступок Равны – рвануть на стажировку за двадцать тысяч световых лет – неслыханно амбициозным. По возвращении она могла бы выбрать себе постоянную ученую должность на любом из дюжины миров. Но рядом с перспективами Фама Нювена ее собственные планы меркли: найдутся богачи, готовые без раздумья подарить ему целую планету, лишь бы он остался.
– Вы вольны называть свою цену.
Ленивая усмешка рыжего стала шире.
– О, понимаете ли, я ее уже назвал и думаю, что Организация согласится.
«Хотела бы я что-нибудь сделать с этой ухмылочкой», – подумала Равна. Билет Фама Нювена в Трансценденцию оплачен внезапным интересом Силы к Страумлианскому Искажению. Его невинное эго может в итоге размазаться по миллиону смертьекубов, властвуя над миллионом миллионов симуляций человеческого естества.
Звонок Грондра последовал меньше чем через пять минут после ухода Нювена. Равна знала, что Орга за ними шпионит, и уже высказала Грондру свои возражения по поводу эдакой «продажи» разумного существа. И все же она немного разнервничалась.
– Когда именно он собирается отправляться в Трансценденцию?
Грондр поскреб пятнышки. Кажется, он не разгневан.
– Точно не в следующие десять-двадцать дней. Сила, которая о нем торгуется, сейчас заинтересовалась нашими архивами, отслеживает трафик на Маршрутизаторе. И… энтузиазм этого человека носит несколько показной характер – он осторожничает.
– Правда?
– Правда. Он выбил себе библиотечный бюджет и разрешение путешествовать по всей системе. Он болтает со случайно выбранными работниками Причалов. Он особо настоял, чтоб ему позволили поговорить с вами. – Грондр пощелкал ртом в усмешке. – Не выбирайте выражений. Собственно, он рыщет в поисках тайного яда. Если будете с ним откровенны, он будет больше склонен доверять нам.
До нее начинало доходить, чем руководствуется Грондр. Но Фама Нювена просто так не прошибешь.
– Да, почтеннейший. Он попросил меня устроить сегодня вечером прогулку по кварталу Иномирцев. – «Как ты, несомненно, уже знаешь».
– Отлично. Хорошо бы и в остальном проблем не возникло. – Грондр повернулся так, чтобы в сторону девушки смотрели только периферические пятнышки. Его окружали мониторы коммуникаций и баз данных Орги. По тому, что видела Равна, казалось, что он исключительно загружен. – Возможно, не стоило бы поднимать эту тему, ну а вдруг вы сумеете помочь? Дело спорится. – У Грондра был не слишком довольный вид для хороших вестей. – Девять цивилизаций с Вершины Запределья попросили расширить им канал передачи данных. С этим мы справимся. Но у Силы тут корабль…
Равна, почти не раздумывая, перебила его. Еще несколькими днями раньше она ужаснулась бы самой мысли об этом.
– А кто это, собственно? Есть ли вероятность, что мы контактируем с самим Страумлианским Искажением? – Она похолодела, представив, что эта сущность может контролировать рыжего.
– Нет, если только сами Силы не одурачены им… Рыночные аналитики прозвали нашего гостя Стариком. – Он усмехнулся. – Это такая шутка, но в ней лишь доля шутки: мы с ним знакомы одиннадцать лет.
Никто в точности не знал, как долго живут Трансцендентные, но редкая Сила сохраняла общительность дольше десяти лет. Они либо теряли интерес, либо превращались в нечто иное, либо умирали подлинной смертью. Равна полагала, что справедливо простейшее объяснение: разум – прислужник гибкости и изменчивости. Тупые звери меняются со скоростью, диктуемой естественным ходом эволюции. Расы человеческого уровня, выйдя на технологический разбег, достигают пределов своей ниши за несколько тысяч лет. В Трансценденции сверхразум мог развиваться так быстро, что при этом погибали сами его творцы. Неудивительно, что и Силы бренны.