С этой горы, куда ни глянь, как на ладони видна вся Северная Осетия, ее глубокие ущелья и высокие горы, ее долины, прорезанные множеством горных рек и речушек— притоками Терека. Вся равнина эта густо населена осетинами вперемежку с казачьими станицами. Селения— в садах и кажутся парками. Природа исключительно щедро одарила этот край своими богатствами и красотой. Под белоголовыми вершинами и черными горами, протянувшимися от Каспия до Черного моря, таятся несметные залежи редких цветных металлов, особенно в Алагирском и Куртатинском ущельях. На обширных полях колхозники выращивают обильные урожаи пшеницы и кукурузы, картофеля и прекрасных овощей, фруктов и винограда… Отсюда туристские тропы через множество живописных перевалов ведут в Закавказье и к Черному морю…
Но многочисленных захватчиков во все времена в этот край привлекали не туристские маршруты, не охота за турами или дикими кабанами, коими изобилуют здешние горы и леса…
Эльхотовские ворота, Арджинараг, — это ворота на Владикавказ, Грозный, к Военно-Грузинской и Военно-Осетинской дорогам. «Нараг» в переводе означает — узкое. Действительно, здесь узкое место. Сюда из высоких гор и ущелий несут свои воды быстрые реки — Дур-Дур, Таргайдон, Хаталдон, Фиагдон, Гизельдон, Урсдон, Камбилеевка… и здесь, у Дарг-Коха, вливаются в буйный Терек. Злая, шумная река разрезает на две части хребет и устремляется в степные просторы к Каспию. Через эти ворота, шириной не более трех-четырех километров, по правому берегу Терека проложена железнодорожная одноколейная линия: она ведет на узловую станцию Беслан. А дальше — на Грозный, Махачкалу, Дербент, Баку, Тбилиси, Орджоникидзе (от Беслана он находится в двадцати пяти километрах!). Здесь же начинается Военно-Грузинская дорога. Рядом с железнодорожной линией идет и шоссейная дорога через эти узкие ворота. Дороги связывают страну с ее нефтяным краем — Грозным и Баку, а также со всем Закавказьем. По этим дорогам в июле, августе и сентябре днем и ночью шли эшелоны, переполненные детьми и женщинами, стариками, домашним скарбом… Шли, ехали на подводах. Миллионы людей покинули свои очаги. В сорока километрах отсюда — в Беслане — беженцы делились на два потока: один — через Орджоникидзе, по Военно-Грузинской дороге — в Закавказье, другой — через Грозный на Махачкалу и Баку, а там еще дальше— по Каспийскому морю перебирались в Среднюю Азию. Неисчислимы мученья, горе и тяжкие испытания народа!..
Пройдут ли фашисты через эти узкие ворота к нефти и нашим горным богатствам? Сможем ли мы задержать захватчиков?
…На левом берегу Терека, недалеко от станицы Змейской, маячит круглый шпиль Татартупского минарета. Его воздвигли давным-давно. Говорят, что татаро-монгольские захватчики соорудили его в память о своих разгромленных и нашедших здесь могилу ордах. Когда-то, говорят, на шпиль минарета лазил и Пушкин. В своем «Тазите» поэт писал: «В нежданной встрече сын Гасуба рукой завистника убит вблизи развалин Татар-туба…» Тут бился Батый… Сражались Тамерлан с Тохтамышем… Дрался Шамиль… Место это для горцев стало священным. Эти ворота издавна именуются «Долиной смерти» — для пришельцев. Видимо, потому, что здесь захватчиков всегда настигала смерть.
Арджинараг — Эльхотовские ворота, станьте могилой и для гитлеровских орд!
Вот оно, Эльхотово, огромное селение между Тереком и железнодорожным полотном. В нем живут осетины. Селение славится не только своими искусными мастерами, но и героями гражданской и Отечественной войн. Парень из Эльхотова — в прошлом знатный тракторист села, ныне воин Красной Армии, Хадзымурза Мильдзихов — в одной только схватке с фашистами на земле Прибалтики истребил 108 захватчиков. За такой подвиг ему присвоили почетное звание Героя Советского Союза.
Его родное селение теперь в руинах. Оно разрушено и сожжено врагом, жители его — дети, старики и женщины— успели укрыться в горах. Недавно матросы в Эльхотове спасли девочку, ей было всего около двух лег. Фашистские изверги, расправившись с ее матерью, привязали девочку к столу и подложили мину. Спасенную девочку-осетинку, которая еще не умела произнести ни своего имени, ни фамилии, моряки назвали Эльхотой Морской. Ее удочерил комиссар бригады Данилов. Здесь, в бригаде, девочку выходили, а потом отправили в детдом за хребет, в Тбилиси. Пусть растет под солнцем Грузии…
К людям комбата Диордицы я привык. Храбрые, безудержной отваги воины… И все время думаю и об Анне Дахиной, не могу забыть ее большие голубые глаза. Как сложится судьба Анны? В пути, я узнал, что она любит Мишу Попова — начштаба. Пусть будет счастливой!.. Услышать бы напоследок ее строгий и звонкий голос. Может, не суждено будет снова увидеть ее… Пора прощаться. Но все отдыхают, кощунство сейчас будить усталых от боев и тяжелого перехода людей, а меня уже ждет вестовой от Павлова и Данилова… Надо идти. Прощайте, друзья!..