Он старался казаться равнодушным, но Эмили слышала дрожь в его голосе, которая пробивалась сквозь браваду. И не представляла, что сказать. Она ничегошеньки не знала о жизни Джоэля.
– Я не знала. Джоэль, прости, мне так жа…
– Все окей, – торопливо перебил он. – Я об этом на каждом углу не рассказываю. – Парень опустил глаза, избегая ее взгляда, и медленно заговорил: – Я жил со своей семьей в Коннектикуте. Три года назад мы отправились в поездку и по дороге попали в аварию: пьяный водитель не справился с управлением и врезался в нас. Родители и младший брат погибли мгновенно. Я тоже пострадал, но каким-то образом выжил. Хотя каждый день жалею об этом.
– О, Джоэль, – приглушенно выговорила Эмили. – Должно быть, это было ужасно.
Парень долго молчал. Наконец, он посмотрел на девушку:
– С тех пор я живу в приемной семье. И ненавижу ее.
Слова застряли у Эмили в горле. Она и вообразить такого не могла. Ей было известно, каково это – страдать от бесконечного горя утраты родителя. Но потерять всю семью – такого ей было даже не представить.
– А в Италии у тебя не осталось родственников, с которыми ты мог бы жить?
– Нет, – резко ответил Джоэль. – Там я оказался никому не нужен. Так что застрял здесь. – Он вызывающе поднял подбородок: – Но, надеюсь, ненадолго. Я планирую сбежать. Найду себе место, где никто больше не будет говорить мне, куда идти и что делать. И наконец-то буду свободен!
Джоэль вскочил и подошел к Пегасу. Эмили заметила, что напряженные плечи парня расслабились, стоило ему погладить жеребца по морде.
– Сегодня я собираюсь ночевать здесь, – бросил он Эмили через плечо. – Не хочу оставлять Пегаса одного.
Эмили встала и уперла руки в боки. Может быть, его жизнь и тяжелее, чем у нее, но это не значит, что он может оскорблять ее.
– Джоэль, спасибо тебе за оказанное доверие, конечно, – с внезапным раздражением сказала она. – Но, к твоему сведению, если ты не заметил, – здесь есть я. Так что он не один.
– Ты знаешь, о чем я, – сказал Джо-эль. – Тебе нужно спуститься обратно в квартиру до того, как твой отец уйдет на работу. Я могу остаться здесь, чтобы Пегас не испугался.
Эмили могла бы еще многое сказать, но, посмотрев в его глаза, остановилась.
Он совсем не походил на того озлобленного человека, которого она встретила сегодня утром на крыльце его дома. Неожиданно в его глазах она разглядела нужду. Джоэлю самому нужно остаться с Пегасом.
– Хорошо, – сказала она. – Можешь оставаться. Я принесу несколько одеял и подушек. Но знай, я тоже планирую ночевать здесь. Как только отец уйдет на работу, мы с тобой можем подняться наверх. Будет что-то вроде пикника.
– Только без маршмеллоу, – добавил Джоэль.
– Думаю, мы могли бы и их достать, – сказала Эмили. – Но, насколько я знаю Пегаса, он сметет их быстрее, чем мы успеем открыть упаковку!
Глава 9
Доктора закончили подключать Пэйлина к приборам и отошли к компьютерам, чтобы проверить первые показания.
Пэйлин с любопытством наблюдал за ними, но ничего не говорил. Вместо этого он сосредоточился на окружающей обстановке. На стене за его спиной, высоко над кроватью, располагалась маленькая вентиляционная решетка. Он чувствовал, как его мягко обдувает свежий воздух. А еще слышал звуки, доносящиеся из других комнат, соединенных с этой же вентиляцией. Значит, за решеткой скрывалась система туннелей, через которые он легко мог ускользнуть. Туннели – его специализация. На всем Олимпе не существовало такого лабиринта, по которому он не мог бы пробраться или из которого не сумел бы найти выход. Включая великий лабиринт Минотавра. Пэйлин знал, что, как только освободится от гипса на ногах, он найдет путь на поверхность.
Конечно, оставался еще вопрос наручников. Но он видел, что у мужчин в комбинезонах есть ключи. Если он все сделает правильно, то без труда добудет ключи. В противном случае Пэйлин всегда мог применить свой талант к растягиванию тела, хотя предпочел бы этого не делать.
В то время, как его голова была занята поиском решения проблемы, Пэйлин услышал странное пиканье, которое уже слышал раньше. Вскоре дверь в комнату открылась, и внутрь вошли двое мужчин.
Один – средних лет, в темном костюме и с волосами, в которых уже пробивалась седина. На лице его застыло мрачное выражение. Второй был намного моложе, со светлыми короткострижеными волосами. Он также носил темный костюм и выглядел не менее неприятно.
Повернувшись спиной к Пэйлину, они принялись о чем-то шептаться с врачами. Пэйлин улыбался. Им было невдомек, что он отчетливо слышит, как они обсуждают результаты тестов и то, что уже удалось узнать. Точно так же они не знали, что он слышит и другие голоса – те, что доносились из-за решетки над ним.